У меня есть свои соображения, но они настолько ‘зябкие’, что я даже думать их боюсь. – Да ладно? – Вот тебе и ладно. – Всё больше я убеждаюсь, что мы правильно поступили, что не ломанулись в лоно природы-то!.. Ну, посмотрим. Посмотрим... ПРИБАВЛЕНИЕ В КОМАНДЕ В этот раз мы пошли ‘на дело’ вчетвером. Взяли с собой Элеонору, которая уже изнывала от безделья в своей квартире. Помогать Лене по хозяйству, готовить есть ей не нравилось; ходить одной на базар или вообще на улицу Толик ей запретил: ‘Нам ещё с тобой новых проблем не хватало. Учти, приведут тебя под ножом, – я не галантный американский полицейский в боевичке – просто пристрелю всех, тебя – первую!’ Да она и сама не рвалась – шарохаться сейчас по опустевшим улицам города молодой симпатичной девке было реально опасно. Целыми днями она или занималась в своей тренажёрке, или валялась дома на диване и смотрела по компу, зарядку которого регулярно обновляла от сети или от нашего генератора, фильмы из нашей с батей коллекции. Ну, а у нас там преобладали боевички и трэшевые ужастики... Коллекцию маминого ‘позитива’ она смотреть после пары фильмов наотрез отказалась. Теперь она предстала в камуфлированных брючках, покроя ‘милитари’, явно из какой-то гламурной коллекции; и защитного цвета курточке с блестящими пуговицами и массой пряжечек, которая, очевидно, у неё тоже вызывала ассоциации с прикидом крутой героини боевика. На ногах – высокие шнурованные лаковые ботинки на толстой подошве. Мы-то давно уже походы ‘на мародёрку’ воспринимали как обыденную, иногда грязную работу, соответственно и одевались. Батя взглянул на неё и ничего не сказал. Мне вообще было пофиг, хорошо что ещё один человек; если что дельное попадётся – легче тащить. Толик оглядел, и с подколом спросил: – А боевую раскраску – забыла? Ну, боевой грим? Полосы такие на мордашке? Ну как же, куда ж без этого? Ты что, ‘Коммандо’ не смотрела? Это ж основной элемент крутости! Элеонора только заискивающе улыбалась, не рискуя дерзить в ответ; во-первых, зная на печальном своём опыте тяжесть толиковой пощёчины, во-вторых, уж очень хотелось выбраться из Башни ‘в город’. Хотя батя сразу предупредил, что это типа не прогулка, а идём ‘на работу’, возможно – опасную. Ствола ей, понятно, не дали; а вот сумку, в которой, кроме инструментов, свёрнутые лежали ещё несколько сумок, навъючили именно на неё. Толик так ей это обосновал: ‘Ты, говорит, Элеонора, пока что самый неопытный, и потому самый бесполезный член мародёрского коллектива. И потому, пока что кроме как на таскание сумок ни на что не годна. По команде – падай, чтоб не попасть под пулю; по команде – беги; будешь тормозить – ушибу.’ Вот и весь краткий инструктаж.