Опер мне расписку выдал – всё чин чинарём. – Ну ещё бы... Значит, ты сам пошёл и сдал – так как пиз.ец был?.. – Сдал. – А сейчас, значит, пиз.ец кончился?.. Не дурак, понял он, куда Батя гнёт, насупился. Сейчас пиз.ец вообще полный, но милиции-то считай что и нет, некому на принудработы ссылать. – А, ну да... Сейчас уголовное дело не шьют, сейчас стреляют сходу. В безоружного – в первую очередь – так? Волков кивнул выжидающе. – Тогда ты боялся – а сейчас не боишься. Тогда ты ‘просто так’ ружьё отнёс, отдал; а сейчас даже купить согласен... – Ладно, Олеж, кончай выгибаться. Продай ружьё, чё ты меня лечишь? – Игорь, видать, начал заводиться; но так, очень мягко, ‘коммерчески’. – Игорь, тут выгибашься чисто ты – а я только выясняю обстановку. ‘Лечил’ я тебя тогда, ‘на выезде’, когда ты комбинезон показывал, – но не вылечил. И про ружъё своего отца ты тогда рассказывал. Сдал, говоришь?.. Продать?.. Видишь ли... Поскольку это ружьё, представь себе, никто мне не принёс и торжественно не вручил... За него мне пришлось рисковать своей драгоценной шкурой – и вон, Серёге тоже, кстати. Зато теперь оно – ружьё – в свою очередь, защищает мою шкуру. – Ну у тебя же два! Продай одно. – Угу. Два. Слушай, а за что ты купить хочешь? Вернее, по другому – за что ты купить МОЖЕШЬ? – батя выделил интонацией последнее слово, но Игорь как не заметил, он уловил только, что разговор перешёл от подначек на близкий ему коммерческий язык, и настроился торговаться, – главное – не переплатить! И в самом деле ведь обидно – то сам отнёс и отдал, задаром; а теперь покупать приходится... Он достал из кармана и зашелестел деньгами -Ну, рубли тебя, наверно, не устроят... ( – Логично! – с лёгкой насмешкой вклинился Батя ) – Могу долларами заплатить, или евро. За сколько отдашь? Да, и патроны, конечно! – Конечно-конечно. Только я не сказал ещё что отдам, это у нас с тобой, Игорь, очень предварительный разговор... А сколько бы ты дал? Я вот прикидываю. – Ну, ружъё-то старое, покоцанное. Это вот, двустволка? Долларов 500 дам. Даже 600. Как, а? – Круто. Немного не как за комбез-то твой... Попугаячьей расцветки. А что с долларами-то делать?.. Волков, как не слыша, и не обращая внимания на слова про комбез: – Или даже тысячу; не – полторы. Прикинь – нифига себе цена, да? – Он радостно разулыбался – За старое ружьё (- С патронами! – с явной уже издёвкой вставил батя) – Да, за ружьё, старое, с патронами – полторы штуки зелени! Даже могу еврами, – он засуетился – штуку двести евров, даже... он сделал вид что на мгновение задумался, и типа отчаянно махнул рукой – во, полторы штуки евро могу!.. – А я, типа, заметь, Игорь, с тобой вообще не торгуюсь, занятно, да? – продолжает, как и не слышав, Батя – просто потому что свои доллары и евро ты можешь свернуть в трубочку – и...