Пробивали все стены пока не попали в Башню? Сколько же это времени заняло?? И мы не услышали? Нереально... – Сейчас увидим. – Да я просто не понимаю, какого чёрта они пробивали стены рядом с дверями, а не ломали двери! Откуда они знали, что двери минированы?? Я вешал таблички ‘на испуг’, но ведь давным-давно всё поснимал! Откуда они вообще знали, что из Башни у нас есть проход в бассейн, что мы в нём бываем?? Нет. Они не пробивали ВСЕ
стены. Эти два пролома были всё, что сделали нападающие. Ни одна мина не сработала, потому что ни одни двери не были взломаны. Все двери, и все лазы, задвинутые мебелью и заминированные, были вскрыты, питание с мин – отключено. Вход в Башню был открыт изнутри. НОЧНОЙ СОВЕТ Подавленные, они сидели в квартире Устоса, в своём ‘Зале Собраний’. Это был тяжёлый удар. Помимо совершенно немыслимого, невозможного проникновения чужих в Башню и суматошной перестрелки на лестнице, пропала Элеонора-Белка. Просто исчезла. Попытки выяснить кто её видел в последний раз окончились ничем. Поужинали. Разошись по своим делам. Больше её никто не видел. Уже отбушевал Толик, оравший, что порежет на ремни тех, кто тронул его подругу, что вырвет им кишки, вобъёт глаза в затылок, сделает им ‘колумбийский галстук’ и прочую дичь, – и по нему было видно что это отнюдь не пустые угрозы. Было вновь включено питание на все мины по лестнице. Сейчас Васильченко к тому же сторожил с ‘Моссбергом’ входную подъездную, надёжно запертую дверь; Миша с автоматом – вновь закрытый с включённой миной диваном лаз в здание Института. Все тут, у Устоса, отдавали себе отчёт, что это – лишь бы занять их чем-то, это ничего не решало. Кто бы ни были нападавшие и зачем бы они не влезли в Башню, потратив немало часов на пробитие в глухих стенах Института лазов в бассейн, рядом с так соблазнительно-непрочными дверями – они явно не полезут сейчас на мины. Сергей в третий раз пересказывал историю с перестрелкой, ему в третий раз задавали по сути они и те же вопросы: – Я иду, вверх. От нас, из нашей квартиры, типа, – в кухню. Задумался чо-то. Тут шевеление впереди на площадке какое-то. Я только голову поднял – люди, двое, ЧУЖИЕ! Я, честно говоря, очканул; даже мысль дикая мелькнула, что это привидение Ибрагима – его же как раз в этой квартире убило, и как раз дверь открыта. Потом гляжу – автоматы! – Узнал кого? Ну, на кого похожи хоть? – Не. Всё быстро пошло. Я только светом с фонаря мазнул, – и тут же один ко мне кинулся. Ну а у меня рефлекс сработал: выдернул наган и бахнул в него! – Попал? – Не. То есть скорее всего нет, я не знаю. Но там близко было, мог и попасть.