Этого вообще трудно понять: обычно молчащий Петрович начал, захлёбываясь, быстро-быстро нести что-то про ‘Это эти, это эти, я точно знаю – это эти, которые не выпускали меня с Таней и Машенькой, это эти, они во всём виноваты, они и сюда приехали...’ Попросил его заткнуться и не показываться из подвала. Схватил автомат, сунулся к двери. Чёрт, суечусь. Это уже не поможет, только вред. Заставил себя спокойно вернуться к палатке, в которой спал, просунул палец в клетку между прутьев, погладил Крыса по башке, почесал под подбородком – Крыс затащился, лизнул мне палец. Поилка почти полная, сухарь недогрызенный – жди, Крыс, я скоро. Постараюсь... Во дворе, расталкивая и так уже побитую баррикаду из опрокинутых на бок легковушек, фырча сизым выхлопом, вертелся БМП. В разновидностях я не разбираюсь, это к Толику... А Толика нет! Тут грохнуло так, что заложило уши – БМП ударил из своих пушки и пулемёта по фасаду Башни, очередью. Вот так вот – последние сомнения тут и кончились, – соображал я, скорчившись на полу сбоку подоконника на лестничной клетке. До этого ещё какая-то идиотская надежда теплилась – что может случайно; может проездом; может, перепутали с кем-то... Меня толкнуло – что я расселся? Я ведь главный по обороне! Побежал вниз, на площадке столкнулся с мамой. Она была уже полностью одета, как и не ложилась. – Серёжа! – Иди домой, говорю!
Не выходи ни под каким видом! Запрись! – Серёжа, Серёжа... Что ‘Серёжа, Серёжа??’ Кто это такие??И ведь не ‘просто так’ – не стали бы палить по окнам. Круто как-то, без политесу, как сказал бы батя. Кто такие, кто такие?? Трындец нам подкрался, вот что! Это не бомжики, и не гопники, и даже не та залётная группа бандюков с автоматами – это военная техника! Вон как врезал по Башне, аж до сих пор в ушах звенит... Да, я смотрю, как-то без переговоров, дерзко так... Ага. А что-то не фырчит – уехал, что ли?.. *** БМП, растолкав машины во дворе, смяв кусты и повалив небольшое дерево, неприцельно обстрелял фасад из пушки и пулемёта, и свернув за угол, вскоре выкатился на проспект. Отъехал на другую сторону проезжей части, и опять врезал по Башне из пушки и пулемёта. Коротко, для острастки, чтобы видели, с кем имеют дело. Попадалово! Я по рации тональным сигналом известил батю и Толика, что Башня подвергается нападению, угроза очень серьёзна – и получил подтверждение приёма. Всё. Теперь оставалось только надеяться на себя, на своё оружие и свои навыки. ‘Ни-че-го, ни-че-го, ничего! Устос бился в худшей ситуации, и в конце концов победил! Я – смогу. Я – смогу!!’ – твердил я себе делая всё необходимое для обороны. Позвонил Васильченкам. – Володь, видал?? Не высовывайся, слышь? А лучше – сразу с Людой перебирайтесь наверх. Метнулся к Оле с Мишей и Валечкой. Трясутся... Вот так вот вы неудачно подселились, да.