Сейчас старый бабкин обветшалый домик — с печкой, с крышей, с пружинной кроватью, колодцем во дворе и полным подвалом запасов представлялся как какая-то райская обитель, почти как отель-пять-звёзд…
Вовчик вновь подсел к Владимиру.
— Вадим к капитану в будку упёрся и с концами… Что-то будет… Как бы не грохнул он там капитана. Или наоборот… Не выходил ещё?
Вовчик коротко пересказал Владимиру разговор с сержантом. Владимир, опустив голову, задумался. После несколькоминутного раздумья тряхнул головой:
— Нет, Вовчик, нет! Соблазнительно, конечно, — я имею ввиду ствол приобрести… двустволку отобрали ведь, и теперь уж точно не отдадут, нет! Соблазнительно… Но…
— Что «но», Вовка? Думаешь, обманет?
— Не то что «обманет», Вовчик. Просто отберут деньги — и всё. Какая тут к чёрту «честная коммерция»?? Кто ему мы и кто он нам? Он — власть, у него — автомат! Зачем ему с нами меняться? Только заикнись — отберут и всё. Могут и пристрелить — им ведь тут закон не писан…
— Не рискнёшь? Ты хотел ведь?
— И сейчас хочу. Надо! Но меня папа всегда учил: нужно грамотно взвешивать риски. А тут… Ты их рожи видел??
— Ну… Наверно, ты прав. Да ладно, с их рожами. Что ты сказать-то хотел? Что-то по дороге ещё? Насчёт дальнейшей жизни, вроде бы.
Владимир с усилием провёл ладонью по лицу, как бы стирая, хотя бы на время, усталость.
— Вовчик… Я… издалека начну. Помнишь, тогда с Вадимом ещё разговор был? Ну, он по мне, по нам проехался — теоретики, мол. Жизни не знаем и всё такое? Ну так вот. Пусть — «теоретики». Но тупая практика, без осмысления — это ещё хуже чем голая теория. Теоретизировать — это всё одно значит отталкиваться от каких-то постулатов, от аксиом. А «чисто практика» — это как растение: солнце жарит — завяло, дождик прошёл — воспрянуло. Растение выводов не делает, и свободой воли не обладает, чтобы изменить что-то… да и не может. А мы — не растения! Мы — должны думать, планировать, желательно на перспективу; желательно — исходить из какой-то внятной последовательной концепции мировосприятия, — этим, кстати, мужчина отличается от женщины; что он над миром, над происходящим задумывается, а не просто воспринимает «как данность»…
— Ну. Так ты насчёт «концепции» что ли? Концепция у нас как бы одна — выжить!
— Всё так, всё так, Вовчик. Выжить. А чтобы выжить — нужно понимать обстановку. Оценивать её. Прогнозировать. Вот как ты — спрогнозировал этот вот… БеПе, и подготовился. Но я сейчас не про материальную подготовку. Не про запасы. Вадим бы сказал, что чушь это всё, что я сказать хочу, эта вот «концепция», но… надо, Вовчик, надо. Иначе будет как в том анекдоте: «Что тут думать — трясти надо!» А может, не надо «трясти»? Может как-то по другому?..