Я попрошу капитана — пусть сообщит на въезд в Оршанск, чтобы вас не задерживали…
— Сети-то тут нет… Но на всякий случай — ваш телефон продиктуйте, мы из правления потом прозвонимся, там есть проводной… С главврачом поговорите, обещаете?..
— Да-да, экстренную помощь они оказывают, я знаю! Тем более пулевое; тем более Мувск в курсе!
— Сейчас со всем этим сложно — медикаменты, то, сё… — Владимир просунулся к господину Паралетову и подал ему деньги, — Дмитрий Алексеевич! Тут тысяча долларов и тысяча евро. Пусть окажут всю возможную помощь. Мы, как обоснуемся, её непременно навестим, непременно! Так и скажите там. Если что-то нужно будет — мы организуем, обещаю. Девчонка из коллектива, с нами шла; попала под бандитский выстрел… на её месте мог быть любой из нас.
— Я всё понимаю… Да, конечно. Насчёт денег не знаю; но, конечно, лишние не будут — я передам, вместе с вашими пожеланиями… — господин был уже весь мысленно в дороге; он проверил как устроена раненая — Вика была в забытьи, на красивом лице ввалились глаза, серебрились бисеринки пота на лбу, дышала коротко и быстро через полуоткрытый рот…
— Вот — бутылка с остывшим чаем. В дорогу. Ну, девчонки, отправляем?.. Спасибо вам, Дмитрий Алексеевич, дай бог вам здоровья!
В группе провожающих раздались всхлипы.
— Звоните на облбольницу. В приёмное отделение, или сразу главврачу… Ну, всё?
Хлопнули дверцы, джип мягко покатился по траве; развернулся; подгазовав, легко выпрыгнул на дорогу, и, объехав шлагбаум, устремился по дороге в Оршанск.
— Ну, хорошо хоть Вику отправили… Что могли — сделали.
— Из деревни ещё свяжемся. Я папиному другу позвоню, он депутат, у него связи, чтобы поспособствовал.
Стали собираться в дорогу, но сначала решили позавтракать чем осталось.
Собственно, не осталось практически ничего кроме чая. Пока укладывались и кипятили на всех в нескольких посудинах, — а из посуды были только две больших кружки из нержавейки друзей, и два армейских котелка вадимовой семьи, прошло время. Вовчик куда-то исчез.
Владимир пошёл искать, и нашёл его в конце уже образовавшейся очереди из машин на досмотр. Вовчик стоял рядом с внушительного вида детиной в чёрной короткой кожаной курточке, небрежно облокотившимся на крышу своей, видимо, машины — видавшей лучшие дни сильно подержанной бэхой; и что-то оживлённо с ним обсуждал. Они жестикулировали, и видно было, что обсуждали что-то весьма для обоих значимое.
— Вот, знакомьтесь! — представил их друг другу Вовчик, когда Владимир подошёл, — Это — Серж. Он с Мувска. Я его по секции ножевого боя знаю, я туда захаживал как-то, — недолго… А это — мой друг Вовка! Вовк! У Сержа своя концепция выживания! Мы тут с ним поспорили…
Серж смерил Владимира оценивающим взглядом, и протянул руку.