Автор
В глубоком подземном мире бесцельных ночей и тихих уединений, где каждый шаг становится рискованным, новый мир начался. Бесславный конец — враг неизвестности, где выживание и самосохранение — это первостепенные задачи. Вот и теперь ты здесь, окутанный тенями, но готовый к новым приключениям....
Она сползла ниже, взяла мой член двумя руками, и, не колеблясь, смело обхватила головку губами.
— Так? Всё правильно? — Через пару секунд оторвалась, чтобы поинтересоваться своими успехами в этом новом для неё деле.
— Так, так! Только поменьше разговоров…
Мы лежали на кровати, прикрывшись лёгким покрывалом. Голова Николь покоилась на моей руке, а изящная ножка лежала на моей ноге. Я задумчиво гладил её ножку, иногда добираясь до лобка, и «ненароком» касаясь её голеньких губок.
— Ну и какой вывод из всего этого можно сделать? Ты же у нас умница с жаждой исследования.
— Неутешительный. Я нифига не поняла и ничего не запомнила. И мне хочется ещё, но у нас нет времени, скоро вернутся родители. А ты что скажешь?
— Было... Неплохо. Третий раз ты продержалась минут десять, наверное. Нам есть над чем работать.
— То есть, ты согласен продолжить? Я не напугала тебя? — Обрадовалась блондиночка.
— Не напугала. Всё хорошо. Завтра будет новый урок самопознания.
— Уи-и-и-и! — Радостно выкрикнула Николь, запрыгнула на меня сверху, едва не насадившись свой розочкой на мой не успевший опасть член, и поцеловала в губы.
«Тебе не стыдно, Майки?» — Спросил я сам у себя и сам же ответил: — «Ничуть!»
— Только не завтра. — Донёсся до меня голос Николь, всё ещё сидящей на мне и сверкающей перед моим лицом своими сочными аппетитными грудками. — Завтра у нас семейный ужин. А вот послезавтра… — Она шаловливо повиляла попкой. — А что это у тебя там такое твёрдое упирается мне прямо в попу?
Она быстро нырнула под одеяло, намереваясь найти ответ на свой вопрос, и я почувствовал, как она снова заглотила мой воспрявший орган.
— Погоди, не так! — Скомандовал я. — Развернись ко мне задом и вытаскивай свою попку наружу.
— Прямо к твоему лицу? — Выглянула любопытная мордочка из-под покрывала.
— Да, как будто циферка «шесть» целуется с циферкой «девять».
— А! Поняла.
Николь быстро перевернулась и перед моим лицом оказалась её розовая и снова потёкшая от желания «подружка». Этот вид возбуждал меня ещё сильнее, хотя, куда уж сильнее! Я поцеловал её, лизнул, и одновременно с этим почувствовал её губы у себя на члене…
Домой я вернулся поздно.
Уже дома, лёжа на своей кровати, решил выяснить одну непонятную мне деталь.
