В сером, радиоактивном мире старого разрушенного города, где почти невозможно жить из-за пепела и магических эманаций последней войны Великих Магов, таится уголок, где можно расслабиться и найти покой. Это место, которое только иживаешь в глубине серых подземных коридоров, в которых каждый шаг означает переход между новыми чарующими закутками и старыми таинственными комнатами....
— Спокойно ответила Афанасьева, словно мы мило беседовали с ней о планах на день.
Я выглянул из двери, посмотрел по сторонам, никого не заметив, втянул девчонку внутрь дома и захлопнул дверь. Теперь она испугалась. Немного. Затравленно оглянулась на запертую дверь и перевела взгляд на меня.
— Ты… Что ты собрался делать?
— Сверну тебе шею и по-тихому прикопаю у себя в подвале.
— Я беременна, ты убьёшь сразу и моего ребёнка.
— Ты беременна два дня, дура! Если вообще беременна.
— Пожалуйста! Не надо!
— Ты понимаешь, рано или поздно твой муж кончил бы очень плохо.
— Никто бы не узнал!
— Ты дура? Там было человек триста. Кто-то из них захотел бы похвастаться перед друзьями тем, что оседлал кобылку Орловых. А через пару дней к вам в дом пришёл бы разъярённый Макар Орлов со своей гвардией, убил бы твоего мужа, покромсал тебя на куски, и спокойно ушёл. Я сделал тебе одолжение – ты живёшь в доме Соболевых, и даже можешь незаметно покидать его.
Она опустила голову.
— Или, — продолжил я, — давай я сверну тебе шею и в подвал? Как вариант, для раздумий.
— Нет! Не нужно. Ты объяснил всё… доступным языком. — Она на миг задумалась и посмотрела на меня совсем другим взглядом.
"Девушка медленно начала поднимать подол юбки, понемногу оголяя свои точёные ножки. Облизала пальчики и нырнула ими себе в трусики, прикусив губку. Её рука начала интенсивно работать там, заставляя её дышать чаще. Вторая рука оголила небольшую, но аккуратную грудь и крепко сжала сосок между пальчиков. Она на секунду застонала и прикрыла глаза…
Блядь! Только озабоченной бывшей жрицы здесь не хватало.
Резкий рывок в мою сторону, и она вспарывает мою щеку чем-то острым. Наверняка, целилась в глаза, тварь! Удар ногой в мягкое женское тело, откидывает её к двери, она тяжело прикладывается о дверной косяк и сползает.
Я взглянул на часы, вытер кровь со щеки, посмотрел на девушку. Она поднялась и смотрит на меня волчонком, зажав в руке обычную заколку или шпильку.
