В Крысятнике читатели отправляются в мир загадочных встреч и стремительных событий. Здесь каждое новообразованное убежище становится ключом к следующему секрету, открывая путь к миллионам. Словно из-под земли растут необычные растения, а серые существа внезапно оживают — ища то, что они искали всю жизнь. Атмосфера таинственна и ужасающе реалистична: каждый вздох наполнен потусторонними перспективами и страхом неизвестности....
Варяг был причастен к ограблению антикварной лавки, откуда вместе с остальными ценностями исчез орден Андрея Первозванного, стоимость которого, по самым скромным подсчетам, оценивалась почти в сто тысяч долларов. В одном из похитителей сторож узнал Владислава. Не ошибся он и во время следствия, когда среди множества других снимков ему показали и фотографию Щербатова. Но во время очной ставки с вором сторож неожиданно заупрямился и Варяга не признал. Дело заглохло. А Чертанов получил свое первое взыскание.
— Ты… Варяг?
Владислав неожиданно заулыбался:
— Вижу, что ты ничего не забыл и зла на меня не держишь.
— Как тебе удалось убедить тогда старика отказаться от показаний? Я знаю, что он был против тебя настроен. И когда вашу четверку привели для опознания, то он смотрел только на тебя.
— А ты наблюдательный, я смотрю, — похвалил Варяг, — заметил, значит. А секрета здесь никакого нет. Магазин тот действительно взял я. Удачное подвернулось дело, одних только камешков почти на миллион долларов было… А старик не хотел узнавать меня по одной причине: в Салехарде сидел его племянник, и если бы дед признал меня, с парнем могла бы случиться неприятность.
— А не ты ли сам взращиваешь этот жестокий мир? — хмуро поинтересовался Чертанов.
Владислав выглядел доброжелательным:
— Я не обижаюсь на твои слова.
— Что ты хотел? — грубовато поинтересовался Чертанов.
— Хм… На вот, — положил Варяг два блока «Бонда» на стол, — один бросишь на общак, а другой можешь оставить себе.
— Что тебе от меня нужно? — упрямо повторил Чертанов.
— Это тебе от меня кое-что нужно, — возразил Варяг. — Я могу вытащить тебя отсюда. Скажем, завтра… В крайнем случае, через два дня. Но за это ты мне должен будешь кое-что обещать. Извини, перехожу сразу к делу, время дорого.
— А ты уверен, что я соглашусь?
— Абсолютно.
