В Крысятнике читатели отправляются в мир загадочных встреч и стремительных событий. Здесь каждое новообразованное убежище становится ключом к следующему секрету, открывая путь к миллионам. Словно из-под земли растут необычные растения, а серые существа внезапно оживают — ища то, что они искали всю жизнь. Атмосфера таинственна и ужасающе реалистична: каждый вздох наполнен потусторонними перспективами и страхом неизвестности....
— Не знаешь почему?
— Сложно сказать, — пожал плечами Кочан. — Там ведь у них какие-то свои игры идут. Никто ничего толком не знает, но просто так отдать деньги он не решился бы. Может, в ее хате общак находился, а? Баба одинокая, вне подозрений. Почему бы и нет? В наше время еще и не такое встретишь. Но тот, кто ее замочил, очень обидел серьезных людей. И если он попадет на зону, то больше одного дня там ему не прожить.
— А Колючий что?
— Ему даже собирались правиловку устроить. Потом ходили слухи, что на счетчик поставят, но ничего, обошлось.
— Понятно, — Шибанов встал. — Все, разбегаемся."
"— Разбегаемся, начальник, только давай сначала договоримся, — осклабился Кочан. — Не назначай ты свои свидания на улице в такую холодину! Как говорится, не май месяц, у меня задница отмерзла совсем. В Москве баров, что ли, нет? И пивка попить можно, и в тепле посидеть.
— Договорились, — улыбнулся Шибанов. — Только в следующий раз твоя очередь угощать.
* * *Серый вдавил недокуренную сигарету в пепельницу. Тонкая бумага лопнула, и желтый табак неряшливо просыпался, испачкав пальцы.
— Вон того высокого хмыря в красной куртке видишь, Гончар? — спросил он, повернувшись к своему собеседнику, подвижному мужчине неопределенного возраста.
— Который сейчас валютой расплачивается? — уточнил тот, простуженно шмыгнув носом.
— Он самый, — подтвердил Серый.
Серый откинулся на спинку кожаного кресла. Удобно. Роскошь он любил. Впрочем, кто ее не любит? Но не у каждого есть деньги, чтобы ее оплачивать. Через тонированное стекло автомобиля хорошо просматривался пятачок у антикварного магазина, где топталось несколько человек.
— Во сколько этот тип заканчивает свою рабочую смену? — спросил он.
— Часиков до шести будет стоять… — ответил Гончар.
— Люблю весну в начале марта, — хохотнул Серый.
