Легендарный вор в законе Варяг и майор МУРа Чертанов объединяются против общего врага — дерзкого крысятника, который истребляет их людей и посягает на воровской общак. В столкновении амбиций, чести и власти каждый преследует свои цели, но неуловимый противник оказывается опаснее, чем они...
Он рычал от невозможности пережить оргазм, а она принимала это за проявление страсти и доходила до самозабвения, то извиваясь в его объятиях, то обмирая, и так — почти час подряд. Когда Серый решил, что с нее хватит, и перекатился на спину, Наталья была не в силах пошевелить пальцем, не то что принять более целомудренную позу.
На ее безымянном пальце красовался массивный платиновый перстень с розоватым топазом, величиной с горошину. Разглядывая его, Серый с тоской подумал, что в прежние времена его привлекали в женщинах отнюдь не их драгоценности. Сексопатолог, у которого он побывал вскоре после возвращения в Москву, сказал, что замена искалеченного полового органа — это нечто из области фантастики, и порекомендовал Серому восстанавливать утраченные функции практическим, так сказать, путем. Что-то еще пытался заливать лепила про донжуанов с казановами, но Серый не дослушал, ушел. Что толку иметь сотни телок, если сам не получаешь от них кайфа?
— Тебе со мной хорошо? — спросила Наталья.
Более неуместный вопрос, чтобы взбеленить Серого, трудно было придумать.
— Лучше бы на клык взяла, чем всякую туфту травить, — грубо сказал он.
— Клык?.. Что ты имеешь в виду?
— Что имею в виду, то и введу, — ответил он присказкой, указав взглядом на свой до сих пор не опавший орган.
Глаза у Натальи округлились.
— Как ты со мной разговариваешь? — возмутилась она. — Я тебе что, шлюха из подворотни?
— В подворотне, кстати, лично я тебя отымел однажды. Не знаю, правда, как остальные.
— Убирайся! — взвизгнула она.
Пальцы Серого ухватили Наталью за подбородок.
— Посмотри на меня внимательно. Ты, видно, еще не поняла, с кем имеешь дело?
— Поняла, теперь очень даже хорошо поняла!
Она попыталась высвободиться, но пальцы Серого, словно клешни, сжимались все сильнее, даже не помышляя отпускать свою добычу.
— Вот и отлично, — сказал он с многообещающей ухмылкой. — Значит, тебе ничего не придется объяснять. Отныне ты будешь делать то, что я тебе велю, и так, как мне этого захочется.
— С какой это стати? — Голос Натальи прозвучал затравленно.
— Да потому, что ты одинокая, беззащитная женщина, которая к тому же обязана заботиться о своем маленьком сыне.
— Подонок! Мой муж…"
"— Твой бывший муж. Если ты еще хоть раз допустишь его к себе, тебе грозят такие крупные неприятности, что ты и представить себе не можешь. Дошло? — Серый заглянул в расширенные от ужаса зрачки Натальи и удовлетворенно кивнул: — Вижу, что дошло.
