Автор
В глубинах бескрайних равнин лежит тайна, скрытая в легендарной истории Ксандера. Глава за главой, читатель шагает по путям древнего наследия, где каждое слово раскрывает новый слой таинственного прошлого. Атмосфера книги — это то, что создает дрожь в позвонках и ожидание ответов, как будто ты сам участник загадочного приключений героя Ксандера....
Моя голова закружилась от неверия. Этот мужчина, который утверждал, что любит меня, предал мое доверие самым ужасным из возможных способов.
Воспоминание о подобных выходках Генри заставило мое тело содрогнуться от отвращения. Он мастерски манипулировал мной, постоянно придумывая бесконечные предлоги, чтобы держать меня в стенах нашего дома. Каждый из них был коварнее предыдущего и медленно гасил во мне любую искру независимости.
Ксандер делал то же самое.
— Джордан...
— Разве тебе не нужно успеть на рейс? – монотонно спросила я.
Он вздохнул, как будто я вела себя как капризный ребенок.
— Это временно. Меньше двадцати четырех часов.
Я усмехнулась.
Сколько раз Генри говорил нечто подобное?
Это временно. Как только ремонт закончится, ты станешь свободным агентом и сможешь отправиться куда захочешь в любой момент.
Но один ремонт всегда превращался в три других.
Мне очень нужно, чтобы ты осталась здесь и проконтролировала последний проект.
Но момент, когда я стала свободным агентом, так и не наступил. Всегда находилось что-то еще, за чем нужно было присмотреть.
Ксандер потянулся ко мне, но я отбросила его руку.
— Убирайся. И оставь меня в моей тюрьме. Я не хочу тебя видеть.
Он тяжело вздохнул.
— Я знаю, что прямо сейчас ты меня ненавидишь, – сказал он хриплым голосом. — Но я клянусь, Джордан. Я заглажу свою вину перед тобой.
У меня защемило сердце от его слов, и я отвернулась от него.
— Джордан, – он помолчал, прежде чем сказать: — Я люблю тебя.
Мне хотелось заткнуть уши и петь во всю мощь своих легких, чтобы заглушить его.
— Никогда больше не говори мне о любви, – выплюнула я.
Его лицо вытянулось, и он стал похож на раненого зверя. Он вел себя так, словно понятия не имел, почему я так реагирую на свое одиночное заключение.
— Послушай, детка. – Казалось, что он использовал предельный контроль, чтобы оставаться терпеливым.
Тошнота подкатила к моему горлу.
— Не впутывай его в это, потому что ты хуже него, – выплюнула я. — Несмотря на все свои недостатки, Генри никогда не запирал меня в спальне, как животное в клетке, а потом уезжал из города.
Несмотря на мою решимость не показывать ему своих слез, я уронила голову на подушку и открыто зарыдала. Ксандер разбил мне сердце самым жестоким способом.
