При переходе границы Кавказа убит известный террорист Дауд с детонатором ядерного заряда. Это становится началом расследования масштабного террористического плана, который угрожает безопасности целого региона. Спецслужбам предстоит предотвратить невиданный акт террора.
«Понтомет дешевый!» – Оловянный презрительно сплюнул. Обыскав убитых, бросил на стол бумажники, нашел ключи от сейфа, открыл. Там аккуратными пачками были сложены деньги. Много денег…"
"«Глупцы, неужели эти бумажки были вам дороже жизни?» – подумал он и вышел в приемную.
– Пакет или сумка есть? – спросил он у полумертвой от ужаса Умамат.
Та закивала, подбежала к шкафу и вытащила несколько ярких полиэтиленовых пакетов и клеенчатый мешок.
– Выгрузите деньги из ящика! – приказал Оловянный бойцам. – И поделите между собой то, что в бумажниках, – это ваша доля!
Бейбут и Аваз радостно забежали в кабинет, а он повернулся к секретарше:
– Почему у тебя такая короткая юбка? Хочешь, чтобы я прострелил тебе колени? – Он поднял пистолет, целясь в ноги.
– Н-нет, н-нет! – Спазм мешал Умамат говорить, она только трясла головой, из округливших глаз покатились крупные слезы. Она находилась на грани истерики.
– Дагестанская женщина должна быть скромной! Если она забывает стыд, то мы ее накажем – пусть ходит на костылях! Ты меня поняла?
Она отчаянно кивала, прижав руки к груди.
Из кабинета выскочил радостный Бейбут, держа в руках позолоченный «Паркер».
– Мне досталась ручка лучше, чем у Аваза!
Следом вышел улыбающийся Аваз с двумя пакетами в руках.
– Мы уходим, – сказал секретарше Руслан. – Скажи всем, что эти собаки умерли потому, что забыли совесть и не давали денег на джихад!
В отделанном белым пластиком коридоре раздавались удары: Муса разбивал молотком системный блок компьютера, куда записывались результаты видеонаблюдения.
– Чего ты дурью маешься? – на ходу бросил Руслан. – Положи гранату, и все!
Он глянул на часы. С момента, когда они вошли в контору, прошло пять минут. Для некоторых за это время многое неотвратимо изменилось. Очень многое…
Они вышли в торговые ряды. За спиной грохнул взрыв, дверь распахнулась, из нее повалил черный дым. Бурлящая толпа шарахнулась в стороны – то ли испугавшись взрыва, то ли освобождая проход четверым вооруженным людям. Руслан шел впереди, его спортивный костюм, правая кисть и нижняя часть лица были забрызганы кровью. Неожиданно он остановился у продавца самсы[16].
– Дай мне три штуки, отец, – своим обычным тихим голосом попросил он. – А то сегодня еще ничего не ел…
Пожилой ногаец дрожащими руками уложил пирожки в бумажный пакет. Зажав пистолет под мышкой, Руслан стал шарить по карманам.
– Сколько с меня?
Ногаец испуганно качал головой.
