Ни хрена, не решил! А что завтра будет в родном полку и с новым командиром? А с начальником особого отдела, майором Яшкиным? Вроде тоже мужик неплохой? Да все они хорошие до определённого момента… Прапорщик ещё раз зло сплюнул. Козлы!
Надо говорить с Ромасом. И первым делом перепрятать свои деньги обратно в тайник под силовой кабель. Что будет этой ночью — один аллах знает. И ещё — прапорщик Кантемиров.
При входе в ворота расположения полигонной команды начальник войскового стрельбища Помсен пришёл к твердой мысли, что по-комитетски ни хрена сегодня не будет… Будет по-нашему. По-прапорщицки.
Как там сказал товарищ Путилов: «Только водки не покупай…»? Будет вам, товарищ капитан госбезопасности — и водка, и колбаса, и селёдка…
Бойцы полигонной команды войскового стрельбища Помсен изволили ужинать после трудового дня ПХД и солдатской бани… Их боевой командир вошёл в ворота, встал на освещенном месте по центру асфальтированной площадки перед казармой и выкрикнул:
— Дневальный, бегом ко мне!
Чуть больше двадцати солдатских лиц, сидящих в крохотной столовой, разом повернулись на знакомый окрик. Дежурный по полигонной команде, гвардии рядовой Вовченко, (он же — Пончик) встал из-за стола и махнул рукой дневальному. Молодой боец второго периода сорвался с тумбочки, дежурный прервал приём пищи и принял пост у телефона. Солдаты понимали, что в этот вечер происходит что-то не совсем ладное с их командиром и пилорамщиком, который так и не появился на ужине.
— Почему горит свет на Директрисе БМП? — строго спросил начальник стрельбища у подбежавшего дневального.
Вышка Директрисы БМП виднелась тёмным силуэтом в наступившем сумраке с туманом.
— Не горит, товарищ прапорщик.
— На первом этаже оставили свет включенным. Ладно, сам схожу, проверю. Иди на пост, пусть дежурный поужинает и тебя сменит. От телефона — никуда!
— Есть, товарищ прапорщик, — недоуменный дневальный вернулся на пост. Что сегодня происходит? Горит — не горит… Да и первый этаж отключается одновременно вместе со вторым… Чудит командир…
Прапорщик Кантемиров зашёл в свой домик. Рядовой Драугялис так и остался сидеть за столом, уставившись в полную чашку чая на столе. Вторая чашка осталась пуста. У литовца плечи опущены, взгляд в никуда. Как несколько часов назад на пилораме. Жалеть солдата сейчас некогда. Да и деньги в шкафу за спиной рядового надо срочно вернуть в тайник.
Начальник стрельбища посмотрел на подчинённого и сказал:
— Ромас, обычно солдаты встают, когда я захожу в помещение.
