В эпоху смутных времён, Нэлли, благоверная любимого герцога, выживает и становится человеком чужой крови. Теперь она королева, но только на бумаге — в её теле тихо живёт настоящая монаршая душа. Как ей выжить в загнанном дворце с его интригами и ядом, чтобы не стать следующей жертвой? Возможно ли завоевать своё место среди подданных?...
Похоже, «Кто ты, моя королева» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Зря вчера я настояла, что носить меня не надо, можно только поддерживать.
Целительница промолчала, лишь помогла мне выровняться и повела дальше, покрепче перехватив за талию. А я уже не могла не думать о своих вчерашних выходках. Вспомнила и свой мнимый сон. Боже, пускай это действительно будет всего лишь сон. А ещё пускай король обо мне забудет хотя бы на время. У него там послы, государственные дела, зачем ему я?
Правда, надеждам не суждено было сбыться. Первым, что я увидела, выходя из ванной комнаты, это широкую спину Яргарда, стоящего у окна.
"– Здравствуй, жена моя. Как спалось? – криво улыбнулся мой эротический кошмар.
И пока я пыталась оценить его настроение и концентрацию в нём кровожадности, чтобы сообразить, что отвечать, король неопределённо хмыкнул и двинулся к нам.
– Я сам помогу её величеству, Сэльма. Оставь нас. Вернёшься через два часа.
Два часа? Что он собирается со мной делать всё это время? Надеюсь, что только разговаривать. Однако стоило мне оказаться в сильных мужских руках, как стало понятно, что у моего тела надежды совершенно другие.
Глава 10
– Как скажете, ваше величество. – присела в книксене сиделка, но, не сдержавшись, стрельнула глазами на столик, где рядом с чистыми столовыми приборами стояла пузатая супница и уже знакомый стакан.
Яргард перехватил её взгляд и поинтересовался.
– Что за зелье?
– От похмелья, ваше величество. – смущённо пробормотала девушка.
Хмыкнув, он кивнул.
– Можешь не беспокоиться, я прослежу, чтобы твоя подопечная всё приняла.
Король удивил не только меня, но и саму целительницу. Эти круглые глаза и отвисшую челюсть надо было видеть. Она даже не нашлась, что сказать и, ещё раз присев, унесла ноги из моей спальни, оставив меня на растерзание своему монарху.
– Это поразительно.
