Автор
Материнская любовь может быть жестокой. Генри чувствует себя несчастным в люкс-отеле, где каждый шаг под ногами, а уборщица и горничная готовы оскорбить его самолюбие. Он отправляется в одиночку на прогулку в маленький городок, надеясь найти покой. Но там он знакомится с девушкой, чье присутствие таит в себе более глубокие загадки....
Там дети освободились от повязок и увидели несколько самых дешевых тортов и колу. На следующий день в школе только и говорили, что о невероятном празднике, который устроил Мирон, все были в восторге.
Именинник отдал деньги булочнику, у которого брал в долг бисквиты с напитком, и еще ему осталась небольшая сумма на новые наушники. Хитрый сын Филиппа написал в приглашениях: «Подарки не принимаются. При себе надо иметь тысячу рублей». И оказался с прибылью.
Через неделю к парню подошла одна десятиклассница и спросила:
– Сколько денег возьмешь, чтобы устроить мне на днюху такой же квест, как себе делал?
– Пятьдесят тысяч, угощение по твоему выбору оплачивается отдельно, – не растерялся Мирон, знавший, что отец девицы ездит на «Порше» и не жалеет денег для единственной дочки.
Вот так и начался бизнес, связанный с организацией вечеринок.
Окончив школу, Мирон поступил в театральное училище, познакомился там с Очаговым, привлек его к своему занятию. Но не стал сообщать, что устраивает тусовки еще со школы.
– Еще в первом классе до меня дошло, если сказать кому-то из ребят по секрету: «Я боюсь мышей, только никому не говори», то на следующий день детки тебе в портфель грызунов армию засунут.
Едва сын стал студентом, папаша потребовал от него оплаты коммунальных услуг. Мирон снял квартиру и… подружился с отцом. Филипп начал уважать сына, который зарабатывал деньги, и стал с ним общаться на равных. А Мирон как-то раз сказал Ларисе: «Фил был прав, когда заставил меня самого решать проблемы, в противном случае ехать бы мне на горбу у него до старости». Когда старший Стен познакомился с Майей, ровесницей Мирона, последний не стал конфликтовать, наоборот, он испытал чувство радости за отца, который не собирался стареть.
