Клод Гельвеций. Лицо ученого-исследователя, седых волос на темных глазах – типичное лицо кубинского интеллигента, полного надежд и решимости преобразить страну. Его мечтой является создать единый оплот, противостоящий черной тьме ночи. Лицо чудовищно яркое, не скулное и даже не жадное к знаниям, уверенно веря в свои надежды и будущее....
Борис даже не знал, что этот второй тайник уже давно не существует. Убийца, очевидно, тоже не знал. Но тогда получается, что это была не Фатьма, она точно знала, где находится эта ниша в стене, и понимала, что в этом «тайнике» ничего нет. Если вспомнить ее реакцию на смерть Хуршиды, то можно смело исключать ее из числа подозреваемых. Хотя кто знает, что там было на самом деле. А если это она выстрелила в назойливую родственницу, решив обезопасить тайник, в котором могли лежать какие-то ценности? Нет, не могли лежать – стена была гладкой, к ней давно не прикасались.
Дронго повернулся и вышел из спальни. Прислушался. Снизу доносились крики, голоса, шум подъезжающих и отъезжающих машин. Странно, что сотрудники местной полиции не хотят с ним поговорить. Ведь логично было предположить, что они начнут допрашивать прежде всего незнакомца, приехавшего из Баку, а не местных жителей, которые оказались в доме в момент смерти Хуршиды. Или, может, местные сотрудники полиции просто не хотят беспокоить уважаемых людей, оставив все свои мероприятия на завтра? Иногда случается и такое.
"Он двинулся дальше и вошел в большую угловую спальню, в которой умер Семен Борисович Измайлов. Он здесь уже был вместе с Борисом. Большая кровать. Дронго подошел к кровати, затем повернулся к картине с изображением каравеллы. Провел пальцем под килем, чуть наклоняя картину. Дверца тайника со скрипом открылась. Он наклонился, протянул руку. Конечно, пусто. Дронго сделал шаг в сторону и чуть не свалился поскользнувшись.
Дронго еще раз подошел ближе. Взглянул на тайник. Снова открыл дверцу. Снова ее закрыл. Затем наклонился, оглядывая пол рядом с тайником. Потом поднял ковер. Включил свет и стал внимательно изучать пол. За этим занятием его и застал Борис, поднявшийся сюда на горевший в комнате свет.
– Что вы делаете? – спросил ничего не понявший Измайлов. – Ищете следы алмаза? Неужели вы думаете, что мы не осмотрели эту комнату несколько раз. Убрали ковер и все осмотрели.
– Когда? – спросил Дронго, поднимая голову.
– Сразу после похорон, на третий день. Мы вернулись сюда и вместе с братом все внимательно осмотрели. Дом был закрыт три дня, Фатьма никого сюда не пускала, даже Гулама. Она сама убирала в доме, чистила эту комнату. Тайник был закрыт, и нигде присутствия алмаза мы не обнаружили.
– Ясно. – Дронго начал поднимать разные стороны старого кубинского безворсового ковра, известного в мире под именем «Сумаха».
