Клод Гельвеций. Лицо ученого-исследователя, седых волос на темных глазах – типичное лицо кубинского интеллигента, полного надежд и решимости преобразить страну. Его мечтой является создать единый оплот, противостоящий черной тьме ночи. Лицо чудовищно яркое, не скулное и даже не жадное к знаниям, уверенно веря в свои надежды и будущее....
– Какой пистолет, тетя Хуршида? – тихо переспросил Измайлов.
– У нас был пистолет, – резко ответила Хуршида, – остался от моего тестя. Старый пистолет.
– Какой марки?
– Откуда я знаю. Зачем ты меня спрашиваешь? Кажется, «ТТ», но я точно не помню. И никогда его Туфану не давала.
Борис взглянул на Дронго. Положил вилку на стол.
– Из какого пистолета стреляли в Валиду? – спросил он в наступившей тишине.
– Из «ТТ», – ответил Дронго.
– В какую Валиду, – разозлилась Хуршида, – о чем ты говоришь?
– Вчера из такого пистолета убили Валиду, – пояснил Измайлов.
Хуршида испугалась. Она открыла рот, прикрывая его рукой. Зато ее сын усмехнулся, продолжая есть.
– Ты об этом знал? – спросила мать.
– Вчера весь город об этом говорил, – ответил Туфан, – что здесь странного? Я просто забыл тебе об этом рассказать. Она любила погулять, у нее всегда были солидные знакомые. Как только умер дядя Семен, она наверняка нашла себе нового друга. Ничего необычного. Чего вы удивляетесь?
– Почему ты мне ничего не сказал? – закричала мать.
– Что я должен был тебе говорить? Что ее кто-то убил? Пришел и застрелил прямо дома. Какое мы имеем к этому отношение? При чем тут вообще мы?
– Я должна была знать, – продолжала бушевать Хуршида, – если ее убили, значит, кто-то залез к ней домой и попытался ограбить.
– Верно, – сказал Борис, – ее так и убили. Откуда вы знаете такие подробности?
– Я не знаю. Я догадалась, – огрызнулась Хуршида, – она была слишком долго с твоим дядей. И все соки из него высосала. Знаешь, почему он так рано ушел? Она была младше его лет на двадцать пять.
– Она умерла, а вы говорите о ней гадости, – с отвращением заметил Борис.
– Ты меня не укоряй, – резко ответила Хуршида, – я и при жизни твоего дяди говорила, что она ему не пара. Не нужно было с ней связываться. А он ей такую шикарную квартиру купил.
– Ну, хватит, – нахмурился Борис, – мне неприятно слышать такие слова о покойниках. И не забывайте, что дядя Семен сам принимал решения. Не будем обсуждать его личную жизнь. Тем более что его нет рядом с нами. И вчера вечером убили Валиду.
