Жанр
В мирном штабе, где люди мечтают о мире и стабильности, Денис Давыдов устремляет взгляд в будущее, полное потенциальной опасности. Внезапно возникает приказ — запрет на все исследования. И начинается нечто невообразимое: мир меняется с той скоростью, какой никто не мог предположить....
Одна из наиболее удачных моделей этой марки, да ещё и со спецотделкой и бронированием по всему кузову. Но конечно на улицах Москвы, лимузин смотрелся предельно вызывающе, что конечно Виктора не радовало, но тут тоже ничего нельзя было поделать. Подарок государственного уровня он мог только принять с благодарностью, что он и сделал, написав большое письмо президенту Никсону, и Перри Басу.
К счастью молодёжь вообще не умеет долго обсуждать одну тему, и уже через месяц о Николаеве разъезжающем на лимузине с охраной только иногда шутили, причём совершенно беззлобно.
Сессию Виктор сдал на одни пятёрки, хотя кое-кто из преподавателей сделал попытку завалить его. Но к этому он отнёсся с юмором, как минимум потому что всё знал, и на все дополнительные вопросы ответил чётко и быстро. Кроме этого, в актив года можно было записать сдачу всех лётных нормативов на Су-24, и внесение этого типа машин в лётную книжку как разрешённого к полётам. Пришлось правда подогнать на аэродром ещё пять топливозаправщиков с керосином, но с учётом того, что весь он уходил на подготовку пилотов, это вообще можно было назвать шефской помощью.
Парни из охраны конечно чуть побухтели по поводу полётов, но Виктор им объяснил, что в воздухе над Москвой появление арабских террористов и израильских диверсантов настолько маловероятно, что этой угрозой можно пренебречь.
Брежнев тоже был не в восторге от полётов Николаева, но понимал, что поводок не должен быть слишком коротким."
"К июню 74 года налёт у Виктора был уже больше двухсот часов, что было вполне нормально и для строевого пилота и он никогда не упускал возможность выбраться на аэродром.
В реальной истории советский проект конвертоплана загубили постоянные капризы военного ведомства, превратившие разработку летательного аппарата в невнятный долгострой, а позже похоронив его под обломками СССР, но в этой истории Виктор решил не дать армии испортить хорошую машину.
