Моя милая соседка, кухарка Серафима, в этот день выглядела особенно величественно. Она была как из другой галактики — в зеленом платье до самой земли и сияющего бантами на волосах. Под ее благосклонным взглядом я решила оставить свои экономические тревоги на мгновение и позволить ей провести день вместе со мной, забыв обо всем на свете в атмосфере невеселого веселья и феерии....
Сама не осознавая, что делаю, одним махом выпила половину сладкой мадейры и даже не задумалась ни на секунду сколько калорий и сахара я только что влила в свой организм. Мой желудок не ожидавший такой внезапной и коварной атаки недовольно заурчал.
— Ух, как ты мне нравишься, когда злишься, — проворковал Диго, выхватывая у меня из рук бутылку и прикладываясь к ней. Я поспешила вернуть ее себе и быстро прикончила остатки былой роскоши.
— Нам просто необходимо, что-то сделать! Это невыносимый урон моей репутации, — пропищала, я словно не своим голосом, но это все от терпкого вина, которое весело плескалось в моем уже немного пьяном организме.
— Пошли разбираться, — не медля, Диго схватил меня в охапку и потащил на улицу. По дороге мы однако совершили вынужденную остановку в погребе, где еще подзаправились топливом, точнее парочкой пыльных бутылок.
К месту предполагаемого преступления мы прибыли с опозданием и изрядно навеселе.
Однако производимый Диго допрос не внес ясности в ситуацию, а скорее еще больше запутал ее! Мерзкая служанка изображая смущение сбежала.
— И что все это значит? — поинтересовался Ричард строгим голосом, но вино не позволяло мне принимать его слова всерьез.
— Это кажется я должна у тебя спросить, а не наоборот! Это ты у нас романтично целуешься со служанками под луной, да и еще и ко мне следователей приставляешь!
— О чем ты? — удивился Ричард, но я ни на секунду не поверила.
Однако наше дальнейшее обсуждение прервал громкий вскрик исходящий из дома, кажется, он принадлежал Оливии, и Ричард тут же ринулся в направлении дома.
— Эй, ты куда? — поинтересовалась я заплетающимся языком и для верности вцепилась в него словно клещ, но к моему сожалению успела поймать только ногу. Резко сменив положение своего тела с вертикального на горизонтальное Рич грязно выругался, совсем не так как положено аристократам, но поднялся и подхватил меня на руки.
— Вот так бы с самого начала, такую женщину как я просто необходимо носить на руках, — прохрипела я.
— Это просто чтобы передвигаться быстрее, — грубо возразил он мне, а я же не смогла сказать ему ничего, потому что от количества выпитого и мерного укачивания в руках жениха уплывала в объятия Морфея.
