Осторожный купец Кухтерин пытается увести свои драгоценности, но они исчезают в Сибири. Загадка связана с тайной, хранящейся среди людей, историей кухтеринских бриллиантов. Интрига разворачивается вокруг загадочного озера Потеряево и таинственных событий.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Кухтеринские бриллианты. Шаманова гарь» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Осторожный купец Кухтерин пытается увести свои драгоценности, но они исчезают в Сибири. Загадка связана с тайной, хранящейся среди людей, историей кухтеринских бриллиантов. Интрига разворачивается вокруг загадочного озера Потеряево и таинственных событий.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Михаил Яковлевич Черненок Легкое чтение Детективы подборки серии
Осторожный купец Кухтерин пытается увести свои драгоценности, но они исчезают в Сибири. Загадка связана с тайной, хранящейся среди людей, историей кухтеринских бриллиантов. Интрига разворачивается вокруг загадочного озера Потеряево и таинственных событий.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Куда тот малец делся, если он по правде был, сказать не могу… А собою Лизавета в молодые годы очень даже видная была. Из женских краше ее в Березовке в ту пору никого не водилось, да и в теперешнее время, пожалуй… разве только внучка кузнеца Савелия Терехина малость на нее пошибает.
— А Савелий Терехин не родня Гайдамачихи?
— Эк, едри-е-корень, куда ты шрапнель запузырил! — дед Матвей даже ладонью по столу стукнул. — Савка давней сибирской породы, а Гайдамаковы после Столыпинского указа в Березовке появились. Был слух, будто отставной штабс-капитан Гайдамаков взял молодую красавицу жену из нищенок и, чтоб не унижать свое дворянское звание, мотанул с нею в Сибирь. Насколь достоверно это, ручаться не могу.
— Романтичная история, — с самым серьезным видом проговорил Голубев.
— От этой романтики, по-моему, кровью пахнет, — хмуро обронил Антон, задумчиво разглядывая китайских жар-птиц на фарфоре.
Дед Матвей, допив чай, перевернул опустевшую чашку на блюдце и довольно разгладил бороду.
— Насытился сибирский водохлеб, — сказал он и вдруг обратился к Антону: — Промежду прочим, та чашка, что ты разглядываешь, из кухтеринской посуды. Следователь мне вроде как подарок сделал за то, что ящик из— озера достал. Еще, кажись, с десяток таких было, да уж за давностью времени все побились. Только эта вот и осталась.
— Дай взглянуть, — Голубев протянул к Антону руку, взял у него чашку. С интересом рассматривая яркий, словно только что сделанный рисунок, восхищенно произнес: — Вот краски!.. А мастерство?…
— Тонкая работа, — согласился Антон, поднимаясь из-за стола. — Может, сходим на озеро, а? Авось, шальной окунишка клюнет.
— Обязательно, — с готовностью согласился Слава.
Когда проходили мимо «Сельмага», Антон еще издали увидел на двери тетрадный листок. Объявление бабки Гайдамачихи висело на месте.
В воскресный вечер, когда Антон со Славой собирались на озеро провести последнюю зорьку, к Бирюковым неожиданно заявился Торчков. Вызвав Антона во двор, он долго покашливал и наконец смущенно, словно просил об одолжении, заговорил:
— Баба, Игнатьич, всю шею перепилила. Билет-то, понимаешь, лотерейный ее был. На день рожденья товарки ей преподнесли тот подарок и одних неприятностев мне наделали, залягай их кобыла хвостом. Который день уже женка проходу не дает: выкладывай, понимаешь, ей книжку — и баста!..
— Какую книжку? — не понял Антон.
— Не букварь, конечно же. Сберегательную… А игде это я сберегательную книжку возьму, кады меня до единой копейки в райцентре обчистили, — Торчков поморщился. — По моей натуре дак сгори они синим пламенем, эти деньги. А баба — она ж натурой глупей мужика… Ну и что ты вот будешь с ей делать теперь? Ревет: «С дому выпру! У суд подам!» Никуды она, возможно, и не подаст.
