Искушенный опыт в отношениях не помог мне найти истинную любовь. Вместе с нежданным признанием, что сердца уходят из рук сами собой, я понимаю, как легко ошибиться в ожидании глубоких чувств и божественного предназначения. Теперь жизнь пахнет моей собственной холодной ледью, напоминая о том, что иногда все, что держишь в руках, ускользает с невероятной легкостью....
Если он больной, ты-то здоровая женщина.
– Может, он со временем поймёт, что нельзя лишать меня тех радостей, которых лишён сам.
– Ты что, замуж за него собралась?
– Да это мы сейчас с тобой фантазируем. И вообще… Вот мы смеёмся над его пиписькой, а вдруг человек в жуткую аварию попал?
– Да пусть он хоть куда попадает, – стояла на своём Янка. – Но ты вспомни, о чем он пишет? Да у него не просто пиписька не стоит, у него мозги с места сдвинулись.
– Янка, не принимай ты всё так близко к сердцу. Считай, что я просто решила шикануть и проведать любимую Венецию.
– Зачем тебе гондольер? Там что, поприличнее нет никого? Это же мужики, которые катают на гондолах, одним словом – обслуга.
– А ты видела, какие они красивые? Глаз не оторвать. У меня знакомая пробыла с одним три счастливых дня. У него такое «весло»… А как он им искусно орудует… не передать словами.
– Ну, если «весло» нешуточное… – задумалась Янка.
– И зарабатывают они хорошо. На это место не так просто устроиться. Нужно уметь не только управлять гондолой, но еще знать историю Венеции и несколько иностранных языков. Ты только представь, гондольеры – это династия. А гондола знаешь сколько стоит? Самая дешёвая – тридцать тысяч долларов, а есть и по девяносто, и даже дороже. Такая лодка не передаётся по наследству, да и срок эксплуатации редко превышает пятнадцать лет.
– Хочешь сказать, у каждого в штанах большое «весло»?
– За каждого не ручаюсь, но говорят, у большинства – да.
– А вот я слышала, что все эти гондольеры с большими «вёслами» – самые настоящие жиголо, профессиональные причем.
