Искушенный опыт в отношениях не помог мне найти истинную любовь. Вместе с нежданным признанием, что сердца уходят из рук сами собой, я понимаю, как легко ошибиться в ожидании глубоких чувств и божественного предназначения. Теперь жизнь пахнет моей собственной холодной ледью, напоминая о том, что иногда все, что держишь в руках, ускользает с невероятной легкостью....
У них лёгкий и живой характер, а темперамент бьёт все рекорды! Внешне они соответствуют моему вкусу – стройные брюнеты со жгучими карими глазами и очаровательной улыбкой. Они с детства уважают и любят женщин, это у них в крови. Мой любимый композитор – итальянец Антонио Вивальди. А женщины-итальянки по характеру жёсткие, как мужики-сталевары. Итальянки ценят в мужчине в первую очередь деньги.
Навсегда запомнила один случай в Венеции. Ранним утром я пошла гулять. Села на скамейку. Размышляю о Венеции, типа какая красотища.
– Ничего себе. Не надо! Грация! – пробормотала я.
А он отдал цветы, поцеловал в щеку и ушёл. Я долго думала, что это такое было? Он как-то быстро удалился. Но почему именно мне подарили цветы? Ах, ну да! Это же Венеция! Родина Казановы.
Море, солнце и упоительное чувство внутренней свободы… Италия не идеальная страна, но я тоже далека от совершенства, и мне здесь хорошо. Итальянцы умеют радоваться простым вещам и не впадать в уныние из-за пустяков.
В Венецию мы добрались на катере. Наш катер скользил между островами. Я улыбалась и махала проплывающим мимо судам и суденышкам разных мастей и размеров.
Отель, принадлежащий моему спутнику, оказался не просто красивым, а роскошным. К тому же имел оригинальную постройку: здесь совсем не просто встретить других постояльцев. Отель благоухает запахом потрясающего кофе. Мне предоставили номер с четырёхметровыми потолками, оформленный в классическом стиле. Высоченные венецианские окна выходили во внутренний дворик, где кованые столики и стулья стояли на старинных каменных плитах.
Оставив вещи в номере, мы собрались погулять по Венеции. Первым делом прокатились на гондоле с музыкантами. Леон держал меня за руку и заглядывал в глаза.
