Автор
В центре города горит ресторанный пирожок. Подруга уверяет, что твой план провалится окончательно — а ты все еще надеешься найти отверстие в стене ушей и выдать себя за невинную жертву. Тихая кукла из сцены бешенства прячется в этом ночном лабиринте, скрываясь от злых глаз и желанной славы....
Самой интересно как это. Целовать мужчину там.
Я обхватываю губами головку, привыкаю к ощущениям. На вкус… Солоновато. И капельку горько. Но не противно.
Пальцы Эмира зарываются в мои волосы. Держат, заставляя взять в рот полностью. Я скольжу по бархатной коже, подчиняюсь. И поднимаю взгляд.
Я ведь всё делаю правильно?
Меня током бьет. Глаза мужчины — сплошная бездна. Горящая. Манящая.
Его взгляд заполнен жаждой и похотью до краев. Пьянит сильнее, притупляя страх. Ему нравится!
Это подстегивает. Заряжает меня вибрирующей смелостью.
Чувствую, как мужчина напрягается. Стонет низко, напоминает рычание зверя. Между ног вдруг становится влажно.
— Расслабь горло, — хрипит, толкаясь глубже. — Вот так. Да. Охуенно, кукла.
Комментарии Эмира смешиваются с хриплыми стонами. Похвала будто плетью бьет по коже, заставляя её гореть.
Терпкий запах забивает рецепторы, вызывая внутри сладостное томление.
Эмир чуть царапает мой затылок, направляет. Подстегивает двигаться быстрее. Принимать его сильнее.
Я сжимаю бедра, когда между ног всё начинает пульсировать. Безумие какое-то. Меня Буйный заразил своей похотью.
Член давит на язык, будто даже тверже становится. Мужчина толкается особенно глубоко. Я закашливаюсь.
А в следующую секунду рот заполняет горячей жидкостью. Её так много, что мне приходится несколько раз сглотнуть. Даже не успеваю понять какая она на вкус.
— Умница, — Эмир гладит меня по щеке, ласкает шею. — Охуенный отсос, кукла. На пятерочку. На сотку, бляха.
Комплименты у мужчины всё такие же грубые, пошлые. Но внутри всё звенит от радости. Мне самой приятно, что ему понравилось.
Хоть горло болит, а челюсть ноет, мне хорошо. Будто это меня ласкали. И совсем не так противно, как я думала.
Эмир резко тянет меня наверх. Я надеюсь, что поцелует, но нет. Разворачивает меня спиной к себе, прижимает к кафелю.
Губами прижимается к моему плечу. Его руки бродят по телу, вызывая новую волну желания. Такую сильную, что я не сдерживаю стона.
— Бля, как потекла, — произносит довольно, проведя пальцами по моему лону. — Завелась, пока мне сосала?
— Я не… Это лишь… — бормочу, не зная, что на такое ответить. Признаюсь пораженно: — Да.
Я даже не думала, что можно словить такое наслаждение, когда даришь мужчине удовольствие.
— Развратная кукла, — только в его тоне нет упрека.
