Автор
В центре города горит ресторанный пирожок. Подруга уверяет, что твой план провалится окончательно — а ты все еще надеешься найти отверстие в стене ушей и выдать себя за невинную жертву. Тихая кукла из сцены бешенства прячется в этом ночном лабиринте, скрываясь от злых глаз и желанной славы....
Даже не дослушала подругу, которая пыталась что-то объяснить, и скорее побежала на улицу.
А теперь, пока меня везут знакомой дорогой, я стараюсь собраться. По всему телу электрические импульсы бегут. Не верю, что снова окажусь в западне с Буйным.
Как мне теперь выкрутиться? Если Сабуров не пьет, то у меня ничего не получится. И вряд ли меня снова спасёт случайность.
Божечки, пусть там проверки целую неделю будут!
Всю дорогу я перебираю в голове аргументы, чтобы убедить Буйного не трогать меня. Он ведь бизнесмен, пусть и бандит.
Ну, или я могу нанять ему девушку по вызову. Пусть развлекается с ней. А я в сторонке медленно отработаю долг. Или воспользуюсь советом Алисы и уеду подальше.
Так, значит план простой. Накормлю Сабурова, напою его. А потом договорюсь о том, чтобы он развлекался с другой. Всё просто.
Я едва не впереди амбала несусь по узкому коридору. В этот раз нас пропустили без проблем. И хотя стены всё ещё нагоняют жути, но теперь у меня есть хоть какой-то план.
— Опаздываешь, куколка.
От голоса Буйного мурашки собираются на коже. Мужчина сидит, развалившись в кресле. Неспешно затягивается, выпуская кольца дыма в потолок.
Все лампочки в камере горят, у меня получается лучше рассмотреть обстановку. Одна кровать, стол и кресло. Выглядит как номер в недорогом отеле.
Камеры в колониях я представляла по-другому. Больше серости, старая мебель и… Явно несколько людей. Но, кажется, у Сабурова тут особое положение.
Украдкой поглядываю на мужчину. Ощущение, что если посмотрю прямо — спровоцирую. Как дикого зверя.
На Эмире сейчас белоснежная рубашка, которая не вписывается в интерьер. Неужели у зэков тоже бывают важные встречи?
Но встреть я Буйного в таком наряде — никогда бы не подумала, что он преступник. На запястье болтаются дорогие часы, несколько верхних пуговицы расстегнуты.
Грудные мышцы воровато выглядывают, заставляя снова удивиться мощи этого мужчины. Если у него там такие большие и крупные мускулы, то что говорить про другие части тела?
Эмир сейчас кажется злым.
Направленные на меня.
Он ждал меня раньше, да?
Тогда нужно было уточнить время.
Сам виноват.
— Мы не обсуждали с вами время, — бормочу, прижимаю к себе пакет. — Я думала приехать вечером.
— Ты не думаешь, кукла, а делаешь.
