Автор
В центре города горит ресторанный пирожок. Подруга уверяет, что твой план провалится окончательно — а ты все еще надеешься найти отверстие в стене ушей и выдать себя за невинную жертву. Тихая кукла из сцены бешенства прячется в этом ночном лабиринте, скрываясь от злых глаз и желанной славы....
— Я… я…
Что я там сказать хотела, забыла за секунду. Потому что он все-таки проскользнул рукой еще ниже… К самому сокровенному… К тому, к чему я его и вовсе подпускать не собиралась!
Но произошло кое-что такое, что совершенно выбило меня из колеи. Эмир начал скользить пальцами по моим складкам. А когда поднялся в самый вверх, затронул что-то совсем чувствительное. По телу моментально пронеслось тепло. Коленки подкосились. Из горла вырвался тихий стон.
— Вот так, кукла, — прохрипел Эмир на ухо, — а теперь стони громче.
Его пальцы повторили снова те же движения, только в этот раз разряд тока по телу был в разы сильнее. Я закатила глаза. Пальцы на его дубине сжались с новой силой, и я вдруг на автомате начала делать то, что он от меня хотел. Что совсем было странно. От того насколько сильно я делала приятно ему, настолько же быстрее двигались его пальцы и заставляли стонать меня.
Я никогда и ничего подобного не испытывала. Я когда-то пыталась, сама… Изучала себя там, но ничего не вышло.
— Имя мое простони, — Буйный упирается своим лбом в мой. Его горячее дыхание обжигает кожу. Его пальцы начинают творить совсем непозволительные вещи. Он то скользит по складкам, то играет с самым чувствительным местом, а сейчас… Один его палец в меня проникает…
— Что ты…
— Имя, кукла…
Рычит в ответ. Я же кусам губы, пытаюсь скрыть стоны, которые рвутся на свободу.
— Эмир…
Хриплю… И его пальцы как по команде начинают двигаться быстрее.
— Пиздец, ты тесная, — хрипит, — мой хер в анабиозе будет от удовольствия.
Я не понимаю, о чем он говорит.
— Что-то… не так…
Шепчу, глаза распахнуты на максимум…
— Не так, — Буйный усмехается, такой довольный, — кончила против своей воли.
— Что? — Хлопаю глазами.
