Автор
В центре города горит ресторанный пирожок. Подруга уверяет, что твой план провалится окончательно — а ты все еще надеешься найти отверстие в стене ушей и выдать себя за невинную жертву. Тихая кукла из сцены бешенства прячется в этом ночном лабиринте, скрываясь от злых глаз и желанной славы....
— Набиваешь себе цену, — ухмыляется, а после вообще страшное происходит. Он наклоняется и нюхает меня. Носом проводит по шее. Я даже дышать перестаю. Глаза распахнуты до предела. Щадящий режим нервной системы работает на максимум, и я еще не до конца осознаю в какой заднице оказалась."
"— Я умею готовить, — пищу в ответ. Хотя, наверное, после того, что я сожгла его ресторан этот аргумент не самый выигрышный, — варить там, жарить. Котлетки, биточки…
— У нас с тобой есть общее хобби, — поднимается носом выше, скользит до самого уха, я же зажмуриваюсь, — я тоже люблю жарить.
Мне кажется или эту фразу он произносит с особым издевательством?
— Тоже увлекаетесь кулинарией? — От такой неожиданной новости глаза распахиваются. Ну хоть одна общая точка соприкосновения у нас есть.
— Увлекаюсь, — выдает в ответ, а после его рука сжимает мою талию. Сильно так, что я взвизгиваю, — разнообразием поз.
Секунда и меня уже оторвали от решетки. Я лечу вперед. Прямиком к столу, который стоит в левом углу камеры.
— П-подождите…
Отталкиваюсь от стола. Снова отступаю назад. Камера слишком маленькая и так бегать долго не получится.
— Знаешь сколько я за решеткой? — мужчина наступает на меня. Огромный, опасный. — Давно никого не было. Понимаешь к чему я?
— Да? — пищу, совершенно не понимая.
Он снова загоняет меня в угол без особых стараний. Я сама в него захожу. Пищу, когда он сжимает мою талию обеими руками, поднимает в воздухе и через секунду я уже сижу на столе.
— Ты сгладишь мой досуг в этом месте, — хрипит, его рука скользит по моей ноге. Поднимается. В глазах собираются слезы. До меня наконец дошло, что он от меня хочет.
Глава 3
— Сглажу досуг, — повторяю как в тумане. — Но… А как же биточки?
Буйный смотрит на меня внимательно. Мужественное лицо разрезает острая улыбка. Внутри всё заливает жидким азотом. Холодно, душа леденеет от близости преступника.
— Биточки потом, куколка, — сжимает мои бедра, не позволяя сдвинуться с места.
— Но… Мы… Может…
Я не могу выдавить ни одной связной мысли. Меня трясёт, Эмиру на это плевать. Он наклоняется ко мне. Щетиной царапает кожу. Дёргает за шлёвки джинсов, двигая к краю стола.
Я ведь никогда, ни с кем… А теперь мужчина пронзает меня взглядом. Жадным. Голодным. Как хищник смотрит на добычу, готовый сожрать в любую секунду.
