Приключения начинаются с хвата заказанного артефакта и незамедлительного перехода в другое измерение. Время на работу — двадцать минут, но всегда важны неожиданные встречи, проверки безопасности и возможность заблудиться среди высокого магического фонового рисунка королевского дворца....
— Открывай окно, Дел! Хочу слышать птиц-фей! Если уж сам лийр Термонт ими пленился… — Я выразительно закатила глаза, и первый принц хмыкнул.
— Они, может, сегодня и не прилетят, — совсем по-детски предположил он.
— А если прилетят? И как раз сегодня?! — так же аргументировано возразила я и разыграла куклу. — Хочу! Хочу! Хочу!
Делаэрт расфыркался, взялся за решетку, легким движением руки отодвинул ее в сторону. Повернул ручку и приоткрыл створки окна. Я даже порадоваться этому факту (и своей маленькой победе) не удосужилась: смотрела зачарованно магическим зрением, как он золотой монолит, как пушинку, оттолкнул от себя и не заметил.
— Открыл, — сообщил Делаэрт, не дождавшись от меня реакции.
— Что? — Я моргнула потерянно и усилием воли заставила себя не дуться на конкурента, сосредоточившись на выполнении задуманного.
Я осторожно выглянула на свободу.
— Вокруг дворца защитное кольцо, — как бы между прочим заметил Делаэрт. — И в саду раскинута магисетка, сообщающая обо всех перемещениях в службу безопасности."
"Мейра! И зачем он мне это говорит? Как бы так… предупреждает на всякий случай? Он что, думает, я по связанным простыням в сад спущусь?! Я едва не расхихикалась.
— А птицы-феи когда запоют? — осведомилась деловито, и первый принц дернул уголком губ.
— Обычно на рассвете, — сказал он, разглядывая меня с каким-то странным выражением лица. Умиленным, что ли?! Мейра! Ну да, я же куколка.
— Не проспать бы, — пробормотала я, и Делаэрт, не выдержав, расфыркался.
— Прийти разбудить тебя? — любезно спросил он, и я покосилась на него с подозрением.
— Вот уж не надо! — ответила искренне. — Магичасы заведу. Или служанку попрошу.
— Хорошо, — кивнул первый принц, не отрывая от меня взгляда. Помолчал и сказал мягко: — Спасибо.
Я вскинулась в изумлении. Хотела воскликнуть: «Что?», или: «Я не понимаю», или что-нибудь столь же умное, но Делаэрт быстро прижал к губам палец, призывая к молчанию. К своим губам прижал, не к моим, все же рука в перчатке, а он — воспитанный принц.
— Я боялся, что ты меня видеть не захочешь, — признался он глухо, и я в который раз поразилась его прямоте.
