Автор
В мире безумной жизни матери и отца, где каждый день становится еще более непредсказуемым, я — единственная связь дочери с реальностью. Атмосфера сквозит ужасом и холодным спокойствием, когда мать заливается кровавыми слезами, а отец спит так глубоко, что кажется он мертв. Всё вокруг наполнено безнадеожной тихостью, где единственное вдохновляющее — это стремление выжить и сохранить хоть кусочек своей жизни для себя....
Что тут поделаешь, он очень придирчиво относится к сохранности своей собственности… Будь-то просто дорогая вещица, или же, женщина в его постели.
София дёрнула массивную ручку и, потянув на себя, открыла дверь.
Почему-то, в животе радостно «запорхали бабочки».
«Он доверяет мне…»
Девушка запахнула халатик и босиком пошлёпала в сторону чудесного сада Тайры, который раньше видела только из окна.
Волшебный запах цветов нежно защекотал ноздри и София блаженно улыбнулась. Наверное, именно так пахнет счастье. От чего ей так хорошо и тепло на душе? Кто знает.
Под огромной яблоней что-то зашевелилось и девушка негромко вскрикнула от неожиданности.
Маленький, скулящий комочек сначала замер, а затем осторожно засеменил в её сторону.
София ахнула. Дрожащий, белоснежный щенок приблизился к ней и стал разглядывать ночную гостью. Благо, хорошее освещение позволяло обоим рассмотреть друг друга.
Щемящая нежность разлилась в груди.
— Малыш! Что ты здесь делаешь? Какой красивый! — София, словно ребёнок подхватила на руки щенка и принялась чесать его за ушком. Тот понял, что ему ничего не угрожает и радостно завилял хвостиком.
— Бедненький, ты наверное голоден…
— София! — грозный рык Робертса заставил вздрогнуть обоих, а позади показался один из охранников, которого привлёк шум в саду.
— Тай, смотри, щеночек, — она улыбалась так радостно и искренне, что вся злость Тайлера сразу улетучилась.
Пожалуй, это была самая красивая улыбка, которую он когда-либо видел.
— Видимо, я зря не запер дверь, — он попытался придать своему тону строгости, но получилось из ряда вон плохо.
— У меня началось удушье и я вышла подышать свежим воздухом, — соврала София, — А тут он… Смотри, какой хорошенький.
— Ладно, можешь взять его в дом, — Тай сдался. Он не хотел, чтобы эта улыбка растаяла.
Щенок с огромным удовольствием уплетал свой поздний ужин, а София наблюдала за ним с таким умилением, что это тёплое чувство передалось и Тайлеру.
Вовремя спохватившись, он тряхнул головой, преодолевая желание наброситься на неё с поцелуями. Он ведь не сопливая девчонка, чтобы млеть от одной улыбки.
— Тай, а откуда у тебя взялся собачий корм?
— Ещё недавно у меня был лабрадор Лорд. Он умер в тот день, когда мы с тобой встретились, — во взгляде тёмных очей промелькнула грусть.
— Так вот какого друга ты тогда хоронил в лесу? — сочувствующий взгляд, — Мне так жаль.
