Автор
Сквозь мерцание фар они видят луну, мелькающую между облаками, а под ногами – бесконечные поля, вытянувшиеся как живые существа. Рамона чувствует, что воздух вокруг напряжен до безмолвия, словно куколка в чьем-то огромном шедевре. Пьяный Крип тащит машину, но ее гул окутывает смертельной тишиной, как будто они одни во всей широкой бездонности....
Части тела набросились на неё.
Одна кисть схватила её за запястье, другая скользнула вверх по бедру. Ещё несколько пальцев погрузились в её волосы. Один из них протиснулся между её губ, и она прикусила его, превратив в мерзкую кашицу. Задыхаясь от тошноты, она выплюнула остатки.
На раздумья не оставалось времени.
Части тела окружали её, и не оставалось времени ни на что, кроме побега. Переполненная абсолютным ужасом, она вырывалась на свободу, сбивая всё со своего пути и пнув в сторону голову, которая выкатилась из тени.
Когда она вошла в дверь магазина, кисть сжала её горло. Рамона упала на колени, ломая кукольные пальцы, и наконец оторвала кисть, которая была скользкой от какого-то тёплого выделения, похожего на пот.
Но это не может быть пот, ты же знаешь, что она, чёрт возьми, не может потеть, она никак не может потеть…
Рамона бросила кисть на пол и топтала её до тех пор, пока та не развалилась.
Он перестала двигаться.
Она вцепилась в стеклянный прилавок, заставленный часами, пытаясь отдышаться, удержаться от того, чтобы не сойти с ума.
Тук-тук-тук.
Онемев от ужаса, она оглянулась и почувствовала, как у неё подкашиваются колени. Кукольные лица. Вот что она увидела. Десятки сияющих белых кукольных лиц ударялись в зеркальные стекла окон, прижимаясь ртами к стеклу, как улитки, цепляющиеся за стенки аквариума.
Они толпились у окон, все с сосущими ртами миноги и дикими глазами, красными, как спелые вишни. Уставившись внутрь, обводя пространство магазина похотливым, дьявольским взглядом, они наблюдали за ней. Глаза смотрели на неё, как огни кораблей-призраков, надвигающихся из тумана.
Лиц было так много, что они полностью закрывали окна, рты сосали стекло с отвратительными, слюнявыми звуками младенцев.
Рамона подавила безумное желание захихикать и, спотыкаясь, прошла в какую-то мастерскую. С головокружением, почти в шоке, она упала на пол и лежала там, дрожа. Горячий пот катился по её лицу, зубы стучали. Это было уже слишком.
