Аня стесняется своей внешности, постоянно напоминая себе о том, что аккуратней с куколкой – своими ногами. Она мечтает, что ее обожающий знакомый не заметит, что ей плохо от его рукопожатия — словно на какой-то конкурс красоты. Но все идет наперекор ее ожиданиям...
Он каждый день присылает мне букет цветов, но перед этим сбрасывает ассортимент магазина и ждет, что я выберу сама.
Ну, всяко лучше, чем дарить одни розы, которые я не настолько люблю.
– О-па, какие люди? – Лена бьет локтем в мой бок, кивая на противоположную улицу. – Я думала, что он с концами пропал.
– Кто?
Щурюсь, пытаясь рассмотреть через поток машин и людей. И задыхаюсь, от понимания. Дима. Стоит там, смотрит прямо на меня. А после перебегает через дорогу, приближаясь.
Хочется вцепиться в руку Лены, чтобы не оставляла меня.
– Ань, привет.
– Я спешу, - отрубаю, пока Дима тянет капюшон толстовки сильнее, скрывая лицо. – Пропусти.
– Послушай, нам надо поговорить.
– Правда? О чём? Или ты хочешь поделиться заработком? Прости, мы как-то не обсудили процент. Сколько мне там полагается?"
"– Ань, ты не всё так поняла. Подожди. Я тут вообще ни при чем! Отвечаю, я не знал об этом.
– И где же ты пропадал?
Ни капли не верю Диме. У него было столько времени, чтобы объявится, а он прятался. Наверняка, тратил деньги за мою невинность. Не то, чтобы я претендовала на них, хочется держаться подальше от всей истории с аукционом.
И это факт. Кто-то подсунул же мне договор, а я доверяла парню. Кто-то закончил аукцион, получил деньги. Это не случайность, Дима участвовал во всём. А сейчас, почему-то, пытается оправдаться.
– Выжить пытался. Знакомый сказал, что меня какие-то головорезы ищут, я решил залечь на дно. Серьезно, я бы никогда так с тобой не поступил. Ты же меня знаешь, Ань. Ну разве я сутенер? Ты же знаешь, что я тебя люблю, я бы никогда так тебя не подставил.
– Да? И ты прям с аукциона прятался ото всех?
– Нет. Бля, да мы бухали там, я думал, что мы сорвем пару тысяч. Хорошо же? А потом услышал, что дело не такое простое. Про аукцион понял. Попытался слиться, но меня никто не выпустил. Шандарахнули по голове, - ладонь Димы тянется к затылку, он морщится, словно от фантомной боли. – И отвезли на какой-то склад. Я в себя под утро только пришёл. А потом вот узнал, что в розыске. У меня доказательства есть.
