В маленьком селе жил кукушонок из семьи дровосеков. Его мать втайне терзается любовью, муж ее - несчастен. Словно невидимый нож делил дом на части. Каждое утро он видит горькие слезы матери и тихий стон отца в ночи. Отец пытается сдержать раздающуюся внутри ревность, но это все равно бьет его как кукушка по будильнику - каждый день, каждую ночь....
В нашу гостиницу они пойти не могут, мужик женат. О том, чтобы к нему в квартиру заявиться, речь не идет, там супруга. Лисянская одинокая, но на лестничной клетке по соседству с ее однушкой пять квартир, во всех дверях глазки. У подъезда скамейки, на них бабульки. Если Медведев в подъезд войдет, через десять минут весь город в курсе будет, что он спит с Юлией. Конец тогда карьере мужика. А его жена – ваша родная дочка Нина! Она и супруга неверного, и Лисянскую из папиной вотчины голыми и босыми выпнет. Поэтому любовники устроились прелюбодействовать в музее.
Маргарита прищурилась.
– Городской глава прямо обомлел. Начал уговаривать Галину остаться. Да и понятно почему. Кто за три копейки согласится музей на плечах тащить? Галюша просто энтузиастка. Зарабатывала она себе на жизнь выпечкой.
– А где сейчас Юлия Лисянская? – осведомилась я.
– В Москве, – скривилась Рощина. – Замуж так и не вышла, в Диванкин не приезжает, в соцсетях пишет: «Купила роскошный дом на Новорижском шоссе». И выставляет фото агентства недвижимости. Ну, понимаете, да?
Я кивнула.
– Снимки для потенциальных покупателей. Но на них же есть отметка продавца?
Маргарита захихикала.
– Вот-вот! Всем понятно, откуда информация взята.
Глава двадцать седьмая
– Интересно, – кивнула Ада, когда запись моей беседы с Маргаритой завершилась. – Теперь послушайте, о чем я говорила с Юлией.
