История оперативного работника колониального учреждения 21-го века, который вынужден балансировать между законом и моралью, карой и милосердием. Сложная работа требует от него быть одновременно судьей, защитником и шпионом в мире криминала и заключения.
Вот что теперь делать будем?
— А что тут думать товарищ полковник. — сказал Шмаров. — Повесим его где-нибудь в туалете, как будто это он сам сделал и всё на этом. При повешении шея обычно ломается. Суицид. С кем не бывает.
— А это идея. А с Мальгиным что делать будем?
— Ничего, пусть себе сидит в одиночке, срок продлим ему и пока трогать не будем. Говорить об этом ему не надо, пусть думает как оно есть. Зэки наши никуда не полезут и болтать не станут.
— Что конкретно, что дальше?
— Товарищ полковник, это не проблема — уверял Шмаров. — Сейчас надо только тело на место принести и повесить грамотно. Чтобы, как по-настоящему было и во время планового обхода обнаружить. Одним больше, одним меньше, а кто сказал, что в зоне будет легко? На тележке для баланды незаметно его вывезем, зэки уже ждут.
— В туалете не надо. — возразил Коляпин. — Лучше его вчерашним числом в промышленную зону оформим. Вышел сегодня первый день на работу и повесился. Нам так проще будет товарищ полковник. А искать начнём его по причине того, что он не пришёл на отметку. Мы сразу отреагировали и обнаружили тело через десять минут. Мотивы суицида всё равно никто не установит.
— Я бы порекомендовал вам товарищи офицеры следующее. — вмешался Аметисов. — При таком плане, пока ещё есть время, петлю на шее надо сделать именно сейчас. Причём необходимо очень сильно затянуть верёвку. Если этого не сделать, то потом на трупе, а именно на шее, не будет необходимых следов для судмедэкспертизы. Он скоро закоченеет и будет поздно.
— Действуйте. — сказал Понамарёв и пошёл на выход.
Зэки быстро нашли верёвку и задушили уже мёртвого Гену, как того потребовал доктор Аметисов. Появились следы на шее, всё выглядело правдоподобно. После этого осужденного Адогамова увезли на тележке в промышленную зону. Зэки повесили его на верёвке за шею, предварительно измерив его рост и длину верёвки. Положили рядом табуретку и оставили на ней следы от его ботинок. Оперативный дежурный нашёл осужденного Адогамова после отсутствия на проверке. Доложили в управление и вызвали органы внутренних дел. Судмедэкспертиза показала, что это механическая асфиксия. Суицид."
"Прошло несколько месяцев после этого случая. Мальгина из ШИЗО перевели в ПКТ. По факту убийства никто не вызвал и это был для него вопрос. Первый раз при очевидном преступлении виновного не трогают. Мальгин сидел в ПКТ на общих основаниях и его напрягало молчание о совершенном убийстве. Это было очень странно.
