В закрытой тюрьме ИК-3, где ночь наступает раньше света, молодой кум стремится добраться до продуктового магазина, чтобы приготовить водку. Его озабоченность скорее попасть к старшему куму и председателю штаба Петровичу не случайна — отец его двух дочерей в сорок уже служит в колонии десятилетиями. В этом мире, где каждое слово важно и каждый шаг тщательно спланирован, жажда скорее кого-то увидеть может привести к неожиданным рискам....
Бобышкин думал, что тема с паспортами очень даже интересная, но есть риск. За месяц было оформлено пять кредитов по двести тысяч, итого миллион. На каждого, за минусом комиссии, почти по двести пятьдесят тысяч. Отлично!
Бобышкин в течение этого месяца прорабатывал всякие варианты с паспортами. Но всё равно кредит был оформлен на зэка, который сидит в зоне. Бобышкина осенило! Наркоты у него много, а наркоманов с паспортами на воле ещё больше. Им всё равно кредит в банке не дадут из-за их внешнего всегда зависающего или чешущегося вида.
"Бобышкин подключил к этому делу Колю Бациллу. Он, освободившись из колонии, скололся на воле как последняя собака. За хорошую дозу наркотиков Коля приносил паспорт на день, пока предполагаемый заёмщик находился под кайфом. Вечером паспорт возвращали наркоману. Потом это были уже его проблемы, трезвым надо быть, так рассуждал Бобышкин. Схема с использованием наркоманов требовала лишних затрат, действий и времени, но она была очень надёжной.
Глава 7
ИК-3. Робин Гуд и голуби
После обеда к Васильеву зашёл дневальный промышленной зоны и рассказал, что есть некто осужденный Верзилов. У него завтра по игре расчёт, но торчит он в десять штук и у него ничего нет. Ему блатные могут хребет подправить.
— Здравствуйте гражданин начальник. Осужденный Верзилов Илья Станиславович, статья 158 часть 3.
— Понятно. — прервал его Васильев. — Как у тебя дела, как здоровье, проблем нет?
— Василий Васильевич закройте меня в изолятор. — Верзилов уже понял, что опера в курсе его проблем. Просто так в день расчёта в оперотдел не вызывают.
— За что?
— Я в карты проиграл. Завтра расчёт, а мне нечем отдавать.
— Ну, если проиграл, займи у кого-нибудь. Что ты в зоне на штуку сигарет не найдёшь?
— Если бы на штуку. — Верзилов опустил глаза. — Я проиграл десять штук.
— Каким образом? У вас потолок по игре одна тысяча, ты с кем играл?
— Да это уже не важно.
— Что значит не важно, с кем играл? — Васильев повысил голос.
— С Зиминым, Зима погоняло, знаете наверно его.
— Знаю, знаю.
