Автор
Сердитый Жан обнаруживает, что его поезд "Аннеси" прибыл вовремя. На платформе ожидает другой поезд "Фокеец", и в этот момент он замечает два пальто, зонтик и протечку в системе отопления. В холодном осенний мраке наступают сомнения - что скрываетсь между этими поездами?
И думал: почему сегодня я испытываю к нему меньше антипатии, чем обычно? И даже готов поверить, что он относится ко мне по-дружески? И машинально ответил полицейскому:
— Хорошо, хорошо, я иду, сейчас я приму ее.
Место 000
— Грацци? Это Жуи. Тебя вызывает Марсель.
— Кто там еще?
— Какой-то всезнайка.
— Займись им сам. Сейчас я занят, у меня эта девчушка.
— Но он желает говорить только с тобой.
— А я повторяю, займись им сам. Ясно?
— Жорж? Это Жуи. Что говорит этот парень, в Марселе?
— Он чертыхается, это слышно лучше всего.
— Соедини его со мной.
— Он уже повесил трубку.
— Жуи? Говорит Грацци. Что там было в Марселе?
— Только что? Какой-то парень. Он хочет, чтобы ты позвонил ему в кафе. Говорит, что ты поймешь в какое.
— Он сказал свое имя?
— Если бы я с утра стал записывать имена всех детективов-любителей, то исписал бы уже несколько шариковых ручек.
— Когда он звонил?
— Минут десять-пятнадцать назад.
— Я в кабинете шефа вместе с этой девчушкой. Позвони в кафе и соедини его со мной. Пока я буду с ним говорить, позвони в марсельскую префектуру, чтобы его не упустили, когда он повесит трубку. Затем найди Парди, пусть он поскорее привезет сюда шефа.
— Это так важно?
— Делай, что я тебе говорю, ясно?
— Вы Даниель?
— Да. Вы меня хорошо слышите?
— Что вы делаете в Марселе?
— Это очень долго объяснять.
— Кто?
— Бенжамина Бомба. Я знаю, где вы можете ее найти.
— Вот как? Я тоже, представьте себе. Какого черта вы делаете в этом кафе?
— Вы знаете, где она?
— Она здесь.
— Она с вами?
— Она со мной. Не кричите так. Что вы делаете в этом кафе?
— Это очень долго объяснять.
— Я никуда не тороплюсь; дуралей! И за разговор платим мы! Я думал, вы уже вернулись домой, в Ниццу.
— Вы знаете, кто я?
— Знаю, ведь я не глухой. А тут я целых три четверти часа только и слышу рассказы о ваших глупостях.
— Как она себя чувствует?
— Прекрасно! Сидит напротив меня, по другую сторону стола, обхватила голову руками и обливает слезами бумаги комиссара. С ней уже ничего не может случиться! Я куда больше беспокоюсь теперь за вас, дуралей! Черт побери, скажете вы мне наконец, что вы делаете в Марселе?
— Всему виной забастовка.
— Какая забастовка?
— На железной дороге.
— Какой сегодня день недели?
— Среда.
