Автор
Сердитый Жан обнаруживает, что его поезд "Аннеси" прибыл вовремя. На платформе ожидает другой поезд "Фокеец", и в этот момент он замечает два пальто, зонтик и протечку в системе отопления. В холодном осенний мраке наступают сомнения - что скрываетсь между этими поездами?
Потом он слышал чей-то голос."
"Он взглянул на стоявшего перед ним официанта. У того кончался рабочий день, и он хотел получить по счету.
Доставая мелочь из кармана, Рене Кабур обнаружил там телефонный жетон. Он вспомнил, как дождливым вечером в тесной кабине, пахнувшей мокрыми опилками, в одном из бистро на Страсбурском бульваре, неподалеку отсюда, он пытался недели две назад дозвониться до одного сослуживца, сказавшего ему, что он любит бокс. Телефон не ответил.
Официант, получив деньги, произнес несколько ничего не значащих слов о субботних вечерах, о зиме, покачал головой и с перекинутой через руку салфеткой удалился усталым шагом человека, который весь день провел на ногах.
Рене Кабур взглянул на фотографию женщины на первой странице, аккуратно сложил газету и положил ее рядом с собой на диванчик.
Кружка перед ним была пуста. Он положил на картонный кружок свой телефонный жетон. Электрические часы над стойкой показывали семь часов или около того. Парочка, сидевшая за его столом, давно ушла.
Рене Кабур откинулся на спинку диванчика, прикрыл глаза, которые слепил слишком яркий свет неоновых ламп.
Может быть, это движение и заставило его решиться. Он устал, он чувствовал, что проведет воскресенье дома, борясь с гриппом, между смятой постелью, газовой плиткой, которую ему следовало починить сто тысяч лет назад, чашкой, которую он не будет мыть, хотя она сделается липкой после нескольких выпитых грогов. Ему не хотелось сейчас возвращаться к себе, в этом все дело, наверняка в этом.
Он взял жетон в правую руку, поднялся, поискал глазами в зале, вдруг наполнившемся шумом, телефон.
Он спустился на несколько ступенек. В кабине, в которой свободно могло поместиться несколько человек и стены которой были испещрены надписями и рисунками, он вдруг понял, что не знает, кому звонить. В газете говорилось об уголовной полиции или комиссариате квартала.
Он поискал номер уголовной полиции в справочнике Боттена, без обложки. Нашел телефон префектуры. Он думал о коленях покойницы, об описании, данном в газете: черные лодочки, следы от ожерелья на шее. Он пытался думать лишь о том, что он должен будет сказать. Окажется ли он первым пассажиром купе, позвонившим в полицию?
Голос у него сорвался, когда он произносил «Алло», он кашлянул, чтобы прочистить горло.
