В свете яркого солнца на берегу хищной ловлей рыбалки проплывает живое и динамичное действие. Животные черты у Митьки, кормчего, в поле зрения не остаются — он тщательно изучает каждый силуэт в глубине воды, ища подвоих в этой жестокой игре. Купец с его опытом непременно заметит этот момент....
По сему было видно, что услышанное от боярина отнюдь не нравится новгородцам, так как поддержка инициатив Ченслора значила выключение из потенциального товарооборота с Англией Новгорода. Но теперь купцы были готовы к царскому приему.
Глава 3"
"Шла вторая неделя пребывания купцов в столице. Первые дни в Москве пролетели для Митьки незаметно, он много гулял по городу, любовался достопримечательностями — на посиделки-то рыбачков все равно не звали. Правда, по настоянию купцов Ивановского сто, а именно Семёна, рыбачков не выпускали и за пределы Китай-города.
Впрочем, примерно этак на шестой день прогулки по Китай-городу приелись. Не было никакого желания снова глазеть на не раз виденное.
Ходили хмурыми купцы, как налившиеся грозовые тучи. По их лицам Митька понимал, что они переживают с каждым днем все сильнее, как и рыбак, то и дело поглядывая во двор. Было отчего — Государь Иоанн Васильевич затягивал с приглашением, а учитывая, что первого англичанина Ричарда Ченслора приняли сразу… Купцы Ивановского сто по приезду в Москву рассчитывали на скорый прием через день-другой, а тут уже и неделя минула, и вторая подходит к концу.
Сам Митька несколько раз ловил себя на мысли, что тоже ждет встречи в Кремле с нетерпением.
Почему рыбачок так ждал встречи в Кремле? Когда Митька задавался этим вопросом, то отвечал себе так: отступать теперь было некуда, а вот куш, который можно сорвать, воодушевлял. Стоит ли говорить, что далеко не все рыбачки разделяли его взгляды и оптимизм, кое-кто вовсе порывался бежать из столицы, сверкая пятками.
