На личико, обрамленное золотом пшеничных волос. Я просыпаюсь и снова устремляюсь к Вам, мечтая присесть рядом с Вашими коленами и поцеловать подол платья. Но судьба расстроила наши планы, разбросав нас в разные стороны. Вспоминаю нашу встречу на Водах с любовью и болью в душе....
А вдруг пустой конверт достанется? Так вообще с носом окажешься. Поддерживаю Ваньку!
– Во-первых, не факт, что невозможно. Мы же подсказки пока в глаза не видели. Во-вторых, почему с одной? Сеня мне свою отдаст. Правда, радость моя? Ведь ты сюда приехал не играть, а наблюдать. – Галочка подмигнула обалдевшему Лукину, который явно хотел возразить, но был не в состоянии. Похоже, бывшую охватили азарт и жадность. Глаза ее горели дурным огнем, руки нервно перебирали скатерть.
– Тогда и мы с Мотей попробуем… сами разгадать, – виновато произнес Казимир, чем разрушил Ванькину веру в человечество окончательно.
Матильда искоса посмотрела на возлюбленного, немного подумала и кивнула.
Филарет вдруг резко поднялся. Все задрали головы. Роста он оказался исполинского и выглядел великаном несмотря на хилое телосложение.
– Вселенная велит мне первому тянуть жребий! – торжественно сообщил он. – Пятый снизу, – сказал он.
– А мне Вселенная говорит, что моя подсказка пятая сверху, – хихикнула Кристина.
– Наши конвертики восьмой и одиннадцатый, – кокетливо пролепетала Матильда. – Мы с Казиком встретились восьмого ноября, – объяснила профессорша свой выбор.
– Третий конверт сверху, – подал голос Буденый. – Я третий сын у своих родителей, – пояснил он, и все дружно засмеялись.
Атмосфера немного разрядилась, даже Зебельман улыбнулся.
– Первый, – попросил Терехин.
– Второй, – вздохнул Хлебников.
– Девятый и четвертый, – деловито сказала Галочка и чмокнула в щеку несчастного Лукина, который все еще не опомнился от нахальства поэтессы.
Зебельман закашлялся, покрылся пунцовыми пятнами и гаркнул:
– Десять! Десять заповедей Христа определяют моральное поведение человека, – застенчиво объяснил Григорий, продолжая кашлять и потеть.
– Так и знал, что мне достанется самое несчастливое число! – всерьез опечалился Ильин.
– Не расстраивайтесь, Илья Ильич, у вас уникальный номер – шестой со всех сторон, – улыбнулась Кристина. Смешной рыжик был явно ей небезразличен.
– Право, я как-то не подумал, – искренне улыбнулся Илья Ильич. – В таком случае, шестой со всех сторон! – сказал он и хлопнул по столу, как разгульный помещик.
Далее Вселенная подсказала художнику Филарету заняться раздачей добычи.
