На личико, обрамленное золотом пшеничных волос. Я просыпаюсь и снова устремляюсь к Вам, мечтая присесть рядом с Вашими коленами и поцеловать подол платья. Но судьба расстроила наши планы, разбросав нас в разные стороны. Вспоминаю нашу встречу на Водах с любовью и болью в душе....
– Может, это чье-то заброшенное имение? Судя по развалинам вокруг, здесь еще постройки были. А что там за овальная фигня у правого флигеля? Раньше она явно была обнесена забором. Вот интересно… На амфитеатр не похоже. Может, что-то ритуальное? Вдруг здесь располагалось тайное логово масонов?
– Блин, какие масоны! – хихикнула Кристина, вышла из машины, потянулась и с наслаждением вдохнула полной грудью влажный запах леса. – Тут была конюшня. В смысле, конезавод. Не масоны тут тусовались, а коняшки племенные. То, что ты назвал овальной фигней, наверное, открытый манеж или левада, где лошадок выгуливали и дрессировали.
– Для проведения реалити? – ошарашенно спросил Терехин.
– При чем тут реалити?! Он племенных коняшек разводить хочет, – объяснила Кристина.
– Мы не коняшки, но нас уже развели, гы-гы-гы, – пошутил Сеня. Вышел из машины и, оттянув ухо, задумчиво уставился на готические окна конезавода. Теперь стало ясно, почему у здания такие странные окна и двери немыслимой высоты.
– Угу, развели по полной программе, – раздраженно обронил Ванька. – Если честно, мне по барабану, что, где и когда твой отчим собирается разводить. Меня интересует, на хрена он нас сюда привез? Где мы наше реалити будем проводить? В этой доисторической рухляди? – Терехин уселся на свой чемодан и скрестил руки на груди, всем видом выражая протест и недовольство.
– Твоему Русу, наверное, лавры Форта Баярд покоя не дают, – отпустив ухо, гоготнул Сеня и вновь стал рассеянно-печальным.
– Чего вы так напряглись-то? – Глаза Кристины, наоборот, горели от восторга. – По-моему, если Рус в самом деле решил здесь провести ваше философское шоу, то это офигительно круто! Куда лучше, чем какой-нибудь тухлый особняк.
– Почему тухлый? – обиделся Хлебников. – Нам был обещан трехэтажный элитный коттедж со всеми удобствами. Мы и сценарий под него заточили.
– Угу, коттедж с вензелями, хрусталями и персидскими коврами, – нарисовала на лице отвращение готка. – Откройте глаза, дебилы! Взгляните на эту законсервированную красоту.
– Дура! – не удержался Хлебников, размазав по щеке очередного комара. Он подошел к высоким дверям и подергал ручку. – Заперто. Придется на улице куковать и ждать Белгородского.
