Про деньги совру, что из фонда выделили. Надеюсь, это будет моя последняя ложь. Как-то так.
Я тяжело вздыхаю. Сама не знаю, как все произойдет, и неизвестность меня пугает. А вдруг операция пройдет неудачно? Боже…
— А как себя чувствуешь? — спросил Тим.
— Да ничего, — пытаюсь вспомнить случаи недомогания, но кроме головных болей ничего не вспоминаю. — Голова иногда болит.
— У меня тоже часто. За эти пару недель такой стресс пережить, — успокоила Злата.
— В универ завтра пойдете? — осторожно спрашиваю, и подтверждая мою догадку, оба машут руками.
— Мы пока на больничном, — отрицательно качает головой Злата. — Я попросила бабушкину знакомую мне выписать. Пока парик нормальный не подберу — туда ни ногой. За Тима и просить не надо. А ты?
— А что я? Пойду, конечно. Бюджетное место нельзя терять.
Все эти дни я хожу в универ и вздрагиваю, едва вижу вдалеке черноволосую макушку. Каждый раз ошибаюсь, это не он, а кто-то другой, и меня накрывает волной облегчения.
Как он будет вести себя со мной на людях? Унижать? Заставлять встать на колени? Или, может, вовсе сделает вид что незнакомы?
А еще из головы не выходили его слова, что по универу обо мне гуляет нехорошая молва. Откуда этот бред? До последних сумасшедших недель я вела себя тише воды, ниже травы. Никого не трогала. Никому не мешала. Господи, да я кроме Златы и Тимы почти ни с кем не общалась. На совместных проектах с другими одногруппниками пересекались только по учебным моментам.
Так кто же мог пустить обо мне такой ужасный слух?
Один раз увидела вдалеке Летова, тут же бросилась вон из коридора, придерживая скачущий за спиной рюкзак.
Как заговорить об этом щекотливом вопросе с однокурсниками, чтобы что-то выяснить — не знала, поэтому просто плюнула и продолжила заниматься учебой, настойчиво игнорируя взгляды в спину, которые неожиданно стала замечать. Может Злата что-то слышала. Спрошу у нее.
В пятницу меня трясет весь день, потому что Ян обещал объявиться, а мне дико страшно и не хочется оставаться с ним наедине.
Сразу после последней пары звонит мой телефон, на экране высвечивается незнакомый номер. Черт.
Испуганно игнорирую звонок, хоть и понимаю, что Истомин будет очень зол. Меня просто пробивает дрожь, я даже физически не смогу ответить на звонок, попросту буду заикаться.
Надев ветровку, выхожу и обреченно иду на парковку, зная, что он будет ждать меня там. Ну или за забором на углу, как в прошлый раз.
Так и есть.
