Автор
В кафе наполнен неприятным тишиной - только мы двое здесь одни. Отец рассказывает о том, что пора закрыть кофейню и продать все долги, чтобы спасти семью. Его горькие вздохи стучат в уши, напоминая о том, как мама боролась до последней возможности за этой кофейни.
- Вот как? Наверное, это был приятный сон? Мы были дружной семьёй, правда же?
- Очень дружной, папочка. Вы с Эммой любили друг друга и меня. Я бы хотела, чтобы она стала моей мамой.
- Алиса… - я покашливаю и стараюсь привлечь внимание девочки, да только какой там? Она смотрит на отца во все глазища, широко улыбается ему и строит глазки, явно намекая на то, что могло бы быть, стань мы с ним парой.
Он и сам себе такие мысли допускал.
Я в этом доме всего ничего, а уже столько событий! И все активно пытаются столкнуть нас с Дмитрием, словно кто-то свыше управляет ими и говорит, что и как делать, как правильно вести себя в текущей ситуации.
- Да, Эмма? Ты что-то хотела сказать? – Девочка строит довольную мордочку.
Да у неё всё на лице написано! Сводница маленькая. Она, случайно, не успела спеться со своим дядей? Поначалу отношения между ними были такие себе, а сейчас, смотрю, прям слаженно работают.
- Хотела сказать, что тебе стоит показать папе, что мы успели сделать.
- Точно! Папочка, если ты уже наелся, давай я тебе покажу, какую красоту мы с Эммой сделали. Я уверена, что тебе понравится.
- Конечно. Буду только рад посмотреть.
- А ещё Эмма поранилась, когда вырезала снежинку, и я обработала ей пальчик.
Я уже и забыла, что успела пораниться. А Алиса меня сдала. Теперь Дмитрий задумается, что в няньки дочери выбрал самую настоящую растяпу. Но что поделаешь? Уже точно ничего!.
- Сильно поранилась?
Дмитрий вроде бы спрашивает у дочери, а смотрит на меня, и я отрицательно мотаю головой.
- Совсем ничего серьёзного. Всё хорошо. Относительно. Выдавливаю из себя нелепую улыбку.
- Ладно. Пойдёмте тогда смотреть, какую красоту вы успели наделать. Я сегодня планировал лечь пораньше, а завтра вечером мы уже можем начать собирать и наряжать ёлку.
Алиса радуется, встаёт из-за стола и спешит в свою комнату. Дмитрий идёт за дочерью, а я остаюсь на месте, сославшись на желание помочь Марии Олеговне убрать со стола.
Кажется, я запуталась настолько сильно, что теперь и не знаю, как разрубать узел, который стягивается на шее всё туже.
Сама не знаю, что делать дальше с этими странными ощущениями.
Отдаться им и поплыть по течению?
Хочется поговорить об этом с папой и попросить его совета, но у нас вряд ли получится остаться наедине. Завтра и работы будет много.
