Автор
Смотрю на свои руки и тихо дрожащу сжимаюсь. Десятимесячное воздержание оправдалось: наконец передо мной самая настоящая нежно-розовая красота. Аккуратные лунки, никаких заусенцев, изящная форма и длина. Прочитав предисловие, я уже чувствую себя частью этой удивительной истории, где даже обычное воздержание становится необычным и магическим моментом в жизни героини....
Похоже, «Купидон с топором» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Сглатываю, смотря на ее грудь и провожу ладонью по ее обнаженной нежной коже, цепляясь за маленькие белые трусики.
Глава 24
Тяну ее белье вниз и словно в замедленной съемке наблюдаю за Аниной реакцией. И она не заставила себя долго ждать. Правда, это совсем не то, на что я надеялся, скорее то, чего подсознательно боялся. Аня резко хватает меня за руку и мгновенно сводит ноги, при этом сильно закусывает губу, пытаясь сдержать то ли смех, то ли хрен пойми что.
— Не так все должно быть. Не так, — Аня прикрывает лицо ладонями, начиная истерически хохотать.
— Кто?!
— Не знаю кто, слово услышала у гопников, понравилось, — продолжая хохотать, выдает она, растирая лицо ладонями. — Прости меня, пожалуйста, — вполне серьезно произносит некогда веселая Аня. Приподнимается, прикрывая рукой грудь и как-то грустно на меня смотрит. — Просто… ну… черт. Я не так все хотела, да что, блин, со мной такое. Ты меня хочешь сейчас зарубить топором и пустить на переработку?
— Не говори глупости, — поправляю за ухо выбившуюся прядь ее волос и тяну Аню на себя.
— Нет, — пытается отодвинуться от меня. — Я не хочу продолжать здесь, давай больше не будем мучать твою хотину.
— Я предлагаю просто полежать на этом долбанном сене. Просто полежать, — выделяю по слогам. — А не трахаться, Аня.
— Ты зол, — констатирует она.
— Ну кипятком писать от радости-желания нет, но я не зол.
— Не доволен и не удовлетворен, ты хмуришь брови.
— Есть такое. Но я сам дурак, не фиг было тебя сюда приводить."
"— Нет, здесь хорошо.
Как ни странно, Аня сама тянется ко мне, крепко обвивая меня двумя руками за талию. Нет, все-таки идея лежать где-либо с полуобнаженной девушкой, которая еще так упорно трется об меня своей грудью-вот это высшая степень идиотизма.
— Хорошо, что у тебя хоть грудь не волосатая, знаешь, это даже приятно, прижиматься к тебе вот так, — утыкаясь мне в шею, бормочет Аня.
— У тебя тоже грудь ничего.
— Это в тебе говорит неудовлетворенная хотина, потому что ты знаешь, что она у меня не «ничего», а красивая, как и вся я, но ты ее даже не потрогал.
— Нет, ну ты просто неподражаема. И знаешь что? — копирую ее же интонацию и вопрос.
— Что?
— Я тебя сейчас все-таки трахну на этом сене, ну или, по меньшей мере, познакомлюсь с твоей «ничего» поближе.
