При входе в роскошный особняк чувственный шок прорезался: пыль и фальшивая роскошь заставили сомневаться вauthenticity surroundings, казавшиеся излишне помпезными. Каждый предмет был как бы создан для маскировки скромности — от штор до кресел.
Куда-то спешили запоздавшие молодые люди, возничие рассекали в поисках клиентов, неспешно катились на очередной вечер дорогие кареты с семейными гербами. Потом до шести стояла тишина. И лишь, когда рассвет поднимался над горизонтом и лавочники раскрывали свои небольшие кафешки и магазинчики, жизнь заново оживала.
Тут же тишина."
"Поэтому, когда показалась черная повозка без каких-либо опознавательных знаков, Уитни четко поняла — к ней. Она направляется к ней… Девушка, вздрогнув, поспешно одернула шторку, схватилась за сердце, но лишь для того, чтобы в следующую секунду заново немного приоткрыть занавес.
Она желала его видеть.
Или нет?
Сомнения нахлынули на девушку, подобно штормовому ветру. Какой ей толк, что она увидит его фигуру? Минутой позже, минутой раньше. С мадам Ирмисой они договаривались, что мужчина должен обладать средней комплекцией. Приземистых мужчин она не особо жаловала, ей не прельщала мысль общаться с собеседником, смотря на него сверху вниз. А мужчин, обладающих фигурой портовых грузчиков, она откровенно избегала.
И вот…Она увидела, как дверца повозки отворяется. Медленно, словно сознательно действуя ей на нервы. Уитни, не выдержав напряжения, зажмурилась, но шторку повторно не одернула.
Далее показался мужчина.
Вот в этот миг Уитни и поняла — что-то не так.
Сердце залилось непередаваемым ощущением неправильности. Одно дело, её внутренние переживания, которые вполне были обоснованы и понятны.
Мужчина, чьего лица, по понятным причинам, она увидеть не могла, был в плаще.
И он, не плащ, а мужчина — был огромным!
Метр девяносто — точно!
И широкий в плечах!
Уитни, жалобно пискнув, задернула штору, и повернулась к окну спиной. Невольно притянув руки к груди, она прикусила нижнюю губу.
Неужели у мадам Ирмисы она не достаточно конкретно выразилась? И хозяйка публичного дома истолковала её слова по-своему?
О, Богиня.
Уитни задышала часто-часто и приказала себе успокоиться. Он идет к ней! Уже, наверное, достиг двери! Сейчас позвонит! И она должна выглядеть спокойной! Спокойной….
Хорошо, произошло недоразумение, и мужчина оказался высоким и широкоплечим. Это же не трагедия! Правда, Уитни Кларисси?
Пока она уговаривала себя, заказанный мужчина на самом деле успел пройти дорожку, ведущую с улицы до двери, и дернул в колокольчик.
У девушки оборвалось сердце. Вот и всё.
