Господи, сколько же мне придется трахаться! Как бы у Бекетова ничего не стерлось…
Но он прижимается теснее, словно опровергая мои глупые мысли. Такой длинный, толстый, тяжелый член фиг сотрется.
— Ты для меня… — задумчиво перекатывает Глеб и внезапно прикусывает меня за шею. — Твоему затылку в чувствах я не стану объясняться.
Еще секунду назад я гоняла внутри себя депрессивные мысли, тягучие и черные, как деготь, но стоило моему Глебу лишь капельку намекнуть на чувства, как я мигом воспарила духом, отбросив прочь сомнения. Обернувшись, с большой надеждой смотрю в его глаза, обняв за торс, прижимаюсь грудью.
— Скажи, что ты чувствуешь?
На губах расцветает влюбленная улыбка. На моих губах, не на губах Глеба. Он лишь усмехается уголком губы, чиркает большим пальцем по моей скуле, сказав:
— Ты как маленький бездомный щеночек. Совсем не злопамятная. Стоит лишь свистнуть, забываешь о всех пинках и вьешься возле ног, в поисках ласки.
Скотина железобетонная! Монстрила бездушная…
Пихаю Глеба в грудь ладонями.
— Знаешь, я рада, что ты меня сюда привел. В клинику. Не дай боже мне от тебя забеременеть. Уже вижу, каким взглядом ты смотришь на малыша и морщишься со словами: «Посмотрите-ка на этого крысеныша…» Ах да, я от тебя не забеременею! Никогда! Потому что Петр Николаевич хорошо знает свое дело!
Глеб пытается что-то сказать, но когда я заведусь, мне сложно остановиться, так и хочется выплеснуть все-все, что кипит внутри. В особенности, за щеночка.
— А еще… ты очень-очень сильно похож на своего отца. Один-в-один! Только у твоего папаши словесный запас побогаче и методы поизысканнее, но суть у вас, Бекетовых, одна!
Складываю руки под грудью, тяжело дыша.
— Я похож на отца?! — переспрашивает удивленно.
— Нет, не похож, — качаю головой. — Ты его копия! В старости будешь довольно импозантным стариком.
— А ну хватит. Прекрати! — злится.
Теперь Бекетов по-настоящему злится. Словно словами о схожести с отцом я наступила на больной мозоль, кровоточащий!
Я бы еще что-нибудь Глебу сказала, но в этот момент нас приглашают вернуться в кабинет Петра Николаевича, и злость сходит на нет.
— Отложим ссору в сторону, нужно вернуться к врачу, — говорю тихим голосом. — Возможно, тебе наплевать, что будет со мной после того, как ты наиграешься с ласковым щеночком, но я все же надеюсь однажды встретить любовь всей своей жизни и завести с этим достойным мужчиной детишек.