Автор
Марианна оказывается в ситуации продажи, где её покупают за миллион. Вскоре она становится объектом желания Сергея, который желает владеть ею. Возникает напряжение между желаниями и обстоятельствами, когда Марианна сталкивается с новой реальностью.
Раздел Chitat.online для книги «Куплю тебя за миллион» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Марианна оказывается в ситуации продажи, где её покупают за миллион. Вскоре она становится объектом желания Сергея, который желает владеть ею. Возникает напряжение между желаниями и обстоятельствами, когда Марианна сталкивается с новой реальностью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Марианна оказывается в ситуации продажи, где её покупают за миллион. Вскоре она становится объектом желания Сергея, который желает владеть ею. Возникает напряжение между желаниями и обстоятельствами, когда Марианна сталкивается с новой реальностью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
На ресницах повисли крупные капли воды.
— На вот, ещё платочком вытрись…
Автоматически беру большой носовой платок песочного цвета и только потом замечаю дары подающего.
Вернее, сначала обращаю внимание на мужские руки. Замечаю большой перстень на безымянном пальце левой руки.
Однако этот перстень я уже видела раньше.
Ни на ком ином, как на отце Глеба.
Это он, Бекетов-старший!
Именно он подал мне бутылку воды и платок. Потрясённо разглядываю Якова Матвеевича, в костюме песочного цвета, в тонкую, едва заметную белую полоску. Старик держится статно, расправив широкие плечи. Даже трость, на которую опирается старик, не умаляет его величия…
— Не делай такое перепуганное лицо! — отец Бекетова посылает мне улыбку закоренелого Дон-Жуана.
Ошарашенно делаю шаг назад.
— Раньше женщины были от меня без ума, — говорит будто самому себе.
— Лет семьдесят назад!
— Я Глебу отец, а не дед. Так что ты малость перегнула палку. Но я тебя не виню. Очевидно, я вызываю у тебя трепет. Как говорится, у страха глаза велики.
— Мы вас не ждали, а вы припёрлись. Вот как говорится, — выдаю необдуманно. — Удивительно только, как я раньше звук шагов вашей третьей ноги не услышала! — киваю в сторону трости.
— Зато я услышал, как ты летела вон из клиники. Маленькая, изящная девушка, а топаешь, как стадо бизонов, несущихся к водопою! — саркастически усмехается отец Глеба.
Обменявшись сладкими, как яд, приветствиями с Бекетовым-старшим, мы разглядываем друг друга.
Я — настороженно, он со снисходительным интересом.
— Кажется, тебе было назначено. Там, — кивает подбородком отец Глеба в сторону клиники.
— Тогда что ты делаешь здесь?
— Воздухом свежим дышу. Не люблю запах антисептиков. Удушье накатывает. Разве неясно?
— Страшно, да? — выдыхает отец Глеба, подавшись вперёд.
Чересчур резко и быстро он передвигается для старика, у которого одна нога ещё не полностью восстановилась после операции. До меня волной доносится глубокий, древесный аромат мужского парфюма и кофе.
Боюсь до ужаса. Но этому старому пауку ни за что в своих страхах не признаюсь, выдав смело, а на деле сдавленным голосом:
— Я тебя прекрасно понимаю, — фыркает старик. — Сам не люблю больницы. Едва решился на операцию, — хлопает себя по бедру. — Но тяга к жизни сильнее страха.
— Можно подумать, старым стервятникам знакомо чувство страха.
Ситуация с клиникой сама по себе для меня напряжённая. Присутствие отца Бекетова ещё сильнее нагнетает и давит, полностью отключая функцию, которая у нормальных людей называется «держать язык за зубами».
— Опасно злить могущественного и злопамятного старика, — роняет ненароком, чем ещё больше меня злит.
