Автор
В Москве не куплю свое счастье — вот как бы выразилась героиня в этой ужасной истории. Загадочный мужчина предлагает купить ребенка, и все кажется нормально в двадцать первом веке. Его роскошная тачка и благополучный вид кажутся спровоцированными жестокостью. Но что если он действительно собирается на нее напасть? Это страшное предложение заставляет героя чувствовать себя ненужной и бессильной в мире, где больные люди не всегда получают помощь....
Ему будут говорить о сбое системы, промурыжат пару дней, а потом…
Потом бабки просто исчезнут. А банк напишет – а ничего не было. Вам ничего не приходило.
Это приятно иметь свой собственный банк, ради таких вот схем. С идиотами, вроде крокодила Гены.
Конечно, с серьезными людьми такая схема не прокатит. Но где крокодил Гена, и где серьезный человек?
Валькирия из опеки ест меня глазами, Ася жмется ко мне.
Смотрю на нее – побледнела, перепугана насмерть.
Чёрт, я ведь понимаю в чем дело!
Она боится, что ребенка заберут! Потому что она не мать.
И боится, что я об этом узнаю. Это два.
Это…это треш, это три.
Надо как-то быстрее разруливать.
- Алло? Да, Анжелика, спасибо. Жду.
- Может не будем ждать? – наглое существо кривит губы. – У нас, знаете ли, времени не так много.
- Неужели? Нет. Не знаю. По-моему, у вас его навалом, если вы ходите по благополучным семьям с непонятными проверками.
- Если бы у вас было все благополучно, вы бы спокойно нас пустили, и документы показали!
- Во-первых это вы пока не показали никаких документов!
- Я показывала удостоверение.
- И что? Такое удостоверение в любом переходе клепают за пять минут. Где документ, дающий вам право прийти именно в этот дом? В эту квартиру?
Она достает папку, и с победным видом тычет мне в лицо бумажкой.
Я беру, внимательно изучая, пока жду звонка от нужного человека.
- На каком основании проверка?
- Многочисленные жалобы соседей.
- Какие?
- Шум. Дети кричат. И … вообще, не очень понятно, что эта женщина тут делает, с этими детьми!
- Это мои дети! – Ася срывается на крик, я прижимаю ее, чуть сжав больной бок, заставляя ее зашипеть от боли.
– Извини, родная, не кричи, разбудишь малышку. – обращаюсь опять к злобной чиновнице, - Это ее дети, вам ясно? Все документы у нее в порядке.
Чувствую, как Ася сжимается. Бедная моя…
Понимаю, что у меня дикое желание ее защитить, сделать так, чтобы больше никогда в жизни я не видел этого испуга в глазах!
- Алло! Да.
А теперь ждем. Сколько времени понадобится моей неукротимой Анжелике, чтобы разворошить эту кодлу.
