Автор
В Москве не куплю свое счастье — вот как бы выразилась героиня в этой ужасной истории. Загадочный мужчина предлагает купить ребенка, и все кажется нормально в двадцать первом веке. Его роскошная тачка и благополучный вид кажутся спровоцированными жестокостью. Но что если он действительно собирается на нее напасть? Это страшное предложение заставляет героя чувствовать себя ненужной и бессильной в мире, где больные люди не всегда получают помощь....
Год был просто аховый.
Мне казалось нормальным, что Лев стал быстрее уставать – он же много работал. И цвет лица изменился. И сам он похудел.
Я заставляла его пить витамины, даже ругать начала, что взвалил на себя столько дел…
Мне позвонили из института.
Он упал во время лекции. Обширный инфаркт.
Я помню, как мы сидели с девочками обнявшись. Маруська рыдала. Мы со Стасей… у нас даже слез не было. Просто ужас! Ужас и больше ничего.
- Ася, а нас теперь в детдом заберут, да? Ты же нам не настоящая мама? Ну… то есть… прости, ты настоящая, но…
Я и представить не могла, что это может случиться! А ведь и правда, по документам я им никто!
Я готовилась к тому, что нас ждет ад.
Они мне помогли. Довольно быстро все решили. Ну, как у нас решается? Главное, чтобы везде были свои люди. Ну и немного денег.
Как-то само собой получилось, что Гена стал за мной ухаживать.
Я была просто в коматозе. Реально не могла прийти в себя.
Он приезжал, сначала букетики таскал, потом начал приносить фрукты для девочек, какие-то вкусности – тортики, конфеты.
Как-то раз просто взял и затарил нам полный холодильник.
Через полгода позвал замуж. Я не очень хотела.
Мне, конечно, нравился Гена, что греха таить, вспомнилась первая любовь, такая острая, страстная. Но… я боялась, почему-то не чувствовала к нему полного доверия. Единожды солгав…
Да и переживала, как воспримут эту ситуацию девочки.
И сначала все было не плохо. Мы даже ездили все вместе отдыхать.
Потом Гена стал просить деньги на какие-то свои проекты.
У меня были накопления, то, что оставил Лев, как говорят на черный день. Я старалась не тратить, берегла для девочек, мало ли…
В общем, Геннадий решил, что может спокойно снять деньги с моей карты.
И никому не давать отчета.
Я ведь была его женой?
А когда я стала возмущаться пригрозил, что органы опеки могут заинтересоваться тем, как живут мои дети.
Я предпочла забыть о деньгах и о Гене.
Он и свалил, поняв, что взять с меня больше нечего.
Он ведь и подкатил ко мне, зная, что у меня был супруг профессор. Надеялся, что Лев оставил мне больше…
- Вы о чем-то задумались?
Задумалась. Именно.
