Автор
В Москве не куплю свое счастье — вот как бы выразилась героиня в этой ужасной истории. Загадочный мужчина предлагает купить ребенка, и все кажется нормально в двадцать первом веке. Его роскошная тачка и благополучный вид кажутся спровоцированными жестокостью. Но что если он действительно собирается на нее напасть? Это страшное предложение заставляет героя чувствовать себя ненужной и бессильной в мире, где больные люди не всегда получают помощь....
Он ведь явно ждал меня? Хотел пообщаться?
Зачем?
У меня снова начинается паранойя. Что ему от меня надо? Кто он? Коллектор?
Хм, разве коллекторы так выглядят? Разъезжают на таких машинах?
Впрочем, что я вообще знаю о коллекторах?
Да я и о людях-то мало знаю. Жила ведь годы в уютном коконе, без проблем. Когда была со Львом.
Он старался меня от всего оградить.
Даже от проблем с его старшей дочкой.
Она и так меня не приняла сразу, а уж когда узнала о том, что мы с ней будем полные тезки…
Помню, как я представилась ей.
- Анастасия.
- Ага, я тоже, - с вызовом, - только меня все зовут Стася.
- Прикольно, а меня Ася. Анастасия Львовна.
- И что? – Я даже опешила, то есть как?
- Ничего. Мы тезки.
- Я не дура.
- Я понимаю, извини.
Потом, она поняла, что я еще и на фамилию претендую, устроила нам бойкот. Молчала месяц. Я даже хотела вернуть девичью, но Лев настоял на том, чтобы я стала Романовой.
- Так будет проще с Маруськой, Ась.
Да, действительно было проще. Все знали, что я Маруськина мама.
Когда мы помирились со Стасей, она говорила, что надо использовать наше «одноименство» и «однофамильство». Еще «одноотчество» - это она так говорила.
Да уж… теперь я его использую по полной программе. Но мне деваться некуда. Я должна была помочь Стасе.
Гуляю меньше положенного. Похолодало, я замерзла, да и работать надо.
Мне ведь теперь долг отдавать.
Я понимаю головой, что скорее всего Павел не возьмет деньги. НО…
Я не могу не отдать. Это… неправильно.
Маруська вчера как узнала, чуть на ушах не ходила, такая счастливая!
Я смотрела на нее и думала – вот, вот он смысл жизни!
Детское счастье! Горящие глазенки! Улыбка до ушей! Восторг!
Моя Маруська, моя доченька.
Я понимаю, что не я ее рожала, но она МОЯ! Выстраданная! Это ведь я с ней ночей не спала, когда она болела! Я по больницам лежала – то сотрясение, то пиелонефрит, но воспаление слюнной железы – я и не знала, что такое бывает!
Первый поход в детский сад, первый утренник, первое выученное стихотворение.
Первый раз в первый класс.
Азбука, чтение, английский. Физкультура!!!
Кто учил ее на лыжах ходить? О! Лев попробовал, но… увы! А на коньках?
Тоже я.
И я всегда старалась быть ей настоящей мамой.
Первое время все своим маме и бабушке звонила – что делать, как?
Мама один раз ляпнула не подумав – да что ты переживаешь, не родная ведь!
А меня затрясло. Как? Как не родная? А какая?
Я обиделась, месяц с мамой не разговаривала.
