Автор
В Москве не куплю свое счастье — вот как бы выразилась героиня в этой ужасной истории. Загадочный мужчина предлагает купить ребенка, и все кажется нормально в двадцать первом веке. Его роскошная тачка и благополучный вид кажутся спровоцированными жестокостью. Но что если он действительно собирается на нее напасть? Это страшное предложение заставляет героя чувствовать себя ненужной и бессильной в мире, где больные люди не всегда получают помощь....
Владимиру Владимировичу об этом знать не обязательно. Он ведь на самом деле хотел помочь.
Смотрю на него и вспоминаю нашу с Левой свадьбу.
Помпезного ничего не было, конечно, но был ресторан, красивое платье, и тамада.
Левин друг был тамадой, он - Владимир Владимирович Утин.
Это не шутка! Его реально так зовут! И он всегда ухмыляется, когда кто-то спрашивает – как с таким именем, отчеством, да еще и с фамилией живется?"
"- Хорошо живется. Я же, так сказать, из простых. Мент. Как любят у нас говорить. А с таким ФИО меня, как ни странно опасаются и свои и… чужие.
Он веселый, простой мужик, человек дела и слова. Если он обязался помочь, значит поможет.
Только мне, как всегда, просить стыдно.
Поэтому я ничего не рассказываю ему про Гену и про то, что он у меня деньги забрал.
Неудобно. Неловко.
Я ведь, получается, за Гену вышла через полгода после смерти Льва. Была уверена, что друзья его меня не поймут. Не потому, что обязана всю жизнь страдать и помнить, но… хотя бы год?
Господи…
Варю Владимиру новую порцию кофе и думаю.
Мне всего тридцать два. А сколько я уже ошибок наделала в жизни?
Много. Увы, очень много.
И как разгребать?
Разливаю кофе по чашкам, ставлю на стол. Добавляю молоко, сахар. Достаю новую порцию печенья – мы сами с Маруськой печем, домашнее, выходит дешевле чем покупать, да и пока на кухне возимся – о многом поговорить успеваем.
- Ух ты, вкусно! Помню, мать такое пекла. Через мясорубку тесто прокручивала.
- Да, и мы так же…
- Ась, давай сядь, и рассказывай, как докатилась до жизни такой?
- Какой?
- Такой, что у тебя олигархи детей покупают?
- Не знаю…
Хочется реветь, но понимаю, что нельзя. Не стоит Владимира Владимировича в неловкое положение ставить. Он начнет успокаивать, снова будет чувствовать себя обязанным.
Я ведь вчера, когда ему звонила, толком не объяснила ничего.
Сказала, что ребенок брата Вишневского, и что он мне предлагает выгодную сделку. И я не знаю, что мне делать.
Это уже Утин сообщил, что вообще-то за такое предложение по закону может сильно «прилететь». Причем как Вишневскому – за то, что предложил. Так и мне – если бы согласилась.
Согласилась! О чем он вообще?
- Как ты умудрилась родить от брата этого Вишневского? И где твой муж – объелся груш?
- Это не я.
