Автор
В глубине погреба лунный свет играет на старых банках с ягодами. Подозрения кружат голову: куда могла уйти сестричка? Как выбраться из этого подземного лабиринта перед возможной полицейской проверкой? Жуткая и пугающая атмосфера только усиливает остроту проблем.
От каждого его шага во рту становилось суше. И когда он подошёл, я облизнула губы, и он снова посмотрел на меня так, будто моя реакция на его персону ему более чем понятна. Самодовольный индюк.
Положил горячую ладонь на мою поясницу и повёл к столу.
— Позвольте вам представить мою будущую жену — Серафиму, — сообщает им, словно они и не знают, кто я такая, а я не мыла полы в этом доме пару лет назад. Улыбаясь криво и сухо, одним уголком губ. — Прошу любить и жаловать.
Я замерла, ощущая, что упустила какой-то важный момент.
Злясь, сжала пальцы в кулаки, осознавая, что он меня провёл. Неужели всё для него игра? Или он таким образом им мстил? Не знаю, почему в голову пришла эта мысль. Я лишь сейчас поняла, что такой, как Сабуров, никогда не прощает.
Только вот интересно, он понимает, что вёл себя, как отец, а я поступала, как его мать? Оставалось лишь молиться, чтобы меня не ждала её участь, когда он узнает про сына.
Мне показалось, что я слышу ядовитое шипение Фатимы. Она поднялась из-за стола, проклинала нас на своём языке, обращаясь к Ратмиру, после чего посмотрела на меня:
— Ратмир, это недопустимо! Ты позоришь нас, приводя в семью эту шалаву!
Я вздрогнула, когда кулак Сабурова лёг на стол, заставив столовые приборы зазвенеть.
— Сядьте. Обратно, — раздался его приказ. И я обрадовалась, что он не использовал эту интонацию, обращаясь ко мне. Не хотелось оставить лужицу под стулом.
И добавил что-то не по-русски. Фатима ещё какое-то время стояла, но затем медленно осела обратно. Интуиция мне подсказывала, что он грозил отправить её жить в тот аул, из которого её забрал его отец.
Беременная Мадина, излучая довольство от своего положения, умудрялась смотреть на меня с ненавистью и злобой. Будто я приложила все силы, чтобы добиться брака с Сабуровым.
Она набрала вес за время беременности и выглядела пышной и пышущей здоровьем девушкой. При этом её муж стал ещё худее, чем я его запомнила. Бьюсь об заклад, она пьёт из него все жизненные силы."
"Еда не лезла в рот. Я ощущала себя марионеткой Ратмира. Даже эту ситуацию он обыграл в свою пользу.
